- Их изрезали, выпотрошили и сожгли! – взвилась принцесса. Остальные сестры сидели мертвенно бледные и не сводили полных ненависти взглядов с Раянны.
- Так как? – Рэй вопросительно уставилась на королеву. Та не отводила потяжелевшего взгляда с Рдаэна Тьера. Она его всем сердцем любила и уважала и видно было, как тяжело ей дается любое решение в отношении его дочери. Наконец она медленно кивнула, соглашаясь с первым пожеланием Рэй.
Леди де Лир посмотрела на скрючившегося на лавке Финна. Он безучастно взирал на пол перед собой. Его надо вытаскивать. Он человек и попросту сломается после стольких испытаний. Но, если у нее все получится, то несколькими часами позже он все равно будет свободен. Его тут держали только для приманки и рычага давления на Рэй. Вряд ли королева позволит своим псам убить его.
- Второе: оставить за моими единокровными сестрами и единоутробными братьями, проживающими на территории королевства дипломатическую неприкосновенность, никогда не привлекать их к ответственности за содеянное мною, не ущемлять их права и свободы, то же касается их семей и всех последующих поколений. Все мое имущество и деньги на банковских счетах после моей смерти разделите между ними поровну.
Все онемели. Только принцессы изощрялись в невидимых пытках и вскочил на ноги при этих словах Рдаэн Тьер.
- Рэй! – окликнул он ее, готовый по первому же зову разнести в щепки и этот зал и все королевство. Она едва заметно покачала потяжелевшей головой.
- И последнее, - просипела она. – Последнее, - истончившаяся нить тепла, исходящая от Даррэна старалась везде коснуться, согреть, поглаживала щеки, забиралась под веки, не давая им сомкнуться, трепетала вокруг пропускающего удары сердца. – Хочу, чтобы мне считали воспоминания… - теперь и Рэн, и Риан и Рдаэн вскочили на ноги, предупреждающе зарычав. – Чтобы мой директор. Директор. Директор. Торр-р-ргус-с. Директор. Профессор Торргус пусть считает мои воспоминания.
Волна огненного тепла обдала ее озябшие плечи, согрева и подталкивая вперед по инерции. И еще раз.
- Что вы себе позволяете? – этот хорошо поставленный голос, менторский тон она бы узнала даже во сне. Они, не теряя ни секунды, притащили ее директора! – Ваше величество.
Королева изумленно смотрела на стоящего на трибунах сильно постаревшего, седого с аккуратной длинной бородой человека.
- Могу узнать причину?.. – начал было профессор. Королева указала пальцем на полулежащую Раянну.
- Мне нужны ее воспоминания. Пусть ответит за убийство пятидесяти невинных граждан!
- Мисс де Лир! – директор Торргус, совершенно наплевав на защитный барьер, трансгрессировал, оказавшись рядом с лежащей на полу Раянной и, придерживая ее за плечи, помог сесть. – Мне очень жаль, мисс де Лир. Я был не прав, исключив вас, но у нас не было…
- Оставьте, - мотнула головой Рэй. – Просто протранслируйте им мои чертовы воспоминания! Покажите во всех красках, пусть захлебнутся, - последнее она едва шептала.
- Вы обессилены, - он бегло осмотрел ее. – Эта процедура может навредить вам.
Рэй наклонилась, пряча лицо от принцесс и королевы и устремила на профессора взгляд совершенно ясных глаз и коварно улыбнулась, вмиг сбросив с лица маску смертельной муки. Профессор улыбнулся, сжав ладонями ее плечи.
- Хорошо. Готовьтесь.
- Стойте, - она вновь едва выговаривала слова. – Мои сестры и братья?..
Королева спешно расписалась на подсунутой ей секретарем бумажке, и та тут же была выхвачена лордом Тьером, так же не видевшим в барьере никакого препятствия. При этом его беспрепятственном перемещении наследная принцесса подозрительно сузила и так узкие глазки.
- Все хорошо, дочка, - кивнул лорд Тьер, несколько раз перечитавший написанное.
Рэй тоже кивнула и благодарно улыбнулась, стараясь незаметно показать отцу, что с ней все в порядке. Он, осознав то, что видит замер, удивленно моргнув. Сжавшиеся в ниточку губы дали ей понять, где ему уже ее выходки.
Бедный папа, он в серьез переживал все это время и едва держался, чтобы не убить всех вокруг, кто причиняет его девочке вред.
Рэй просто надеялась, что он передаст Рэну, что она держится, что с ней все хорошо, чтобы он не расходовал резерв на лечение ее ран. Хотя его поддержка была для нее сродни поцелую Бога – бесконечно греющим и окрыляющим душу благословением.
- Готовы? – профессор пересадил ее на начарованный стул с низкой спинкой и коснулся холодными пальцами висков.
Девушка кивнула. Ей бы закусить что-нибудь, чтобы не съесть собственные губы от последующей боли. Хорошо хоть, что Рэн не отступил, его сила все так же обволакивала и медленно исцеляла раны на теле и грела душу заботой и любовью.
Профессор коснулся ее виска палочкой, прошептал заклинание, выуживая серебристые нити воспоминаний. Первый этап. Он смахнул их с кончика палочки отбросил ее на пол, вновь касаясь обоими руками висков.
Пространство между ними и судейским столом вздрогнуло и вдруг ожило призрачными тенями, медленно наливающимися красками, двигающимися по улице фигурами…
