После того, как я предположительно нашел решение загадки моих экстраординарных боевых навыков, мне показалось правильным возобновить утренние тренировки. И не только потому, что у меня вновь появилась надежда. Мне банально хотелось этого. Удивительно: прежде я никогда не являлся фанатом спорта или каких-то физических активностей. Теперь же укрепление тела и духа казалось мне чем-то невероятно важным. Более того: изматывающие тренировки, полные сложных упражнений, доставляли удовольствие.
Однажды во время занятий мне довелось увидеть подготовку Фиореллы. Произошло это случайно: я отрабатывал перемещения по верхушкам вкопанных в землю метровых столбов, когда услышал шелестящий свист, глухие удары и треск. Звуки доносились из-за высокой живой изгороди. Заинтересовавшись тем, кому не спится в такую рань, я спрыгнул со столба и направился на соседний полигон.
По просторной площадке, заполненной мишенями в виде человекообразных манекенов, тихо двигалась Мэльволия. На ходу она снова и снова выпускала стрелы, которые, совершая в воздухе удивительные пируэты, вонзались в головы деревянных болванов.
Заметив меня, девушка остановилась и опустила лук.
— Привет! Отлично стреляешь! — восхищенно сказал я.
— Спасибо, — ровно ответила она. — Но нужно делать это еще лучше.
— Разве это возможно? Ты ни разу не промахнулась!
Фиорелла повела плечом:
— Я должна стрелять быстрее и точнее. И лучше контролировать стрелы.
— Что ты имеешь в виду?
Вместо ответа, она повернулась и одну за другой выпустила три стрелы — чуть ли не автоматной очередью. Хотя стрелы изначально летели в одном направлении, в середине полета две отклонились от курса. Описав почти равные дуги, они с разных сторон вонзились в одну и ту же мишень. Секундой до них, туда же ударила стрела, летевшая по прямой. От силы воздействия голова манекена треснула.
Мэльволия отправила в полет еще три стрелы. Две из них воткнулись в мишени, стоявшие в нескольких метрах друг от друга. Последняя лишь царапнула плечо третьей деревянной фигуры и упала на землю.
— Мне пока сложно направлять стрелы одновременно в несколько мишеней, — сказала Мэльволия. Ее голос звучал спокойно, как всегда, но я чувствовал, что она недовольна и расстроена. — А ведь они неподвижны. Будь это живые враги, возможно, я не попала бы ни в одного.
— По-моему, то, что ты делаешь, уже крут… то есть, невероятно!
Она покачала головой:
— Этого недостаточно. Я обязана добиться совершенства.
— Почему?
— Так заведено в семье Мэльволия. Мы должны быть лучшими во всем.
Боже, — подумал я, — с такими установками тяжело тебе, наверное, живется.
* * *
Обратно мы возвращались вместе. Воспользовавшись случаем, я расспросил Фиореллу о Корпусе хранителей. Из не вполне четких объяснений, поначалу мне показалось, что Корпус — это нечто вроде полиции. Но я знал, что здешний аналог стражей порядка называется Горгвар — городская гвардия.
Вновь напав на спутницу с вопросами, я чуть больше узнал о деятельности Корпуса. Выяснилось, что полномочия у них шире и занимаются они куда более сложными делами, нежели Горгвар. По всему выходило, что эта организация по статусу и задачам ближе к нашим спецслужбам, вроде ФСБ и военной контрразведки. Если так, у Эзерина Ардисса очень интересное прошлое.
* * *
Попытки разузнать больше о моем новом отце и сопутствующие размышления о полиции, Горгваре и Корпусе хранителей привели к неожиданному результату: я нашел способ проверить гипотезу о моих боевых талантах. Ответ на вопрос, как мне подвергнуться риску, чтобы активировать силы, лежал на поверхности. Мне требовалось встретиться с теми, с кем боролись службы безопасности — с нарушителями закона.
Я понятия не имел, что собой представляет преступный мир Иризии. Но он явно существовал, раз пришлось создать Горгвар. Оставалось придумать, как мне повстречать кого-то из местных бандитов.
Разумеется, это было рискованно. Особенно, если гипотеза об активации моих способностей ошибочна. Но я же не собирался схлестываться с матерыми убийцами! Для моих целей сойдут и обычные гопники. Столкновение с ними, если и закончится не в мою пользу, как мне кажется, оставляет неплохие шансы на то, что дело обойдется синяками и уязвленным самолюбием. В конце концов, на случай совсем плохого сценария у меня имеется запасной вариант — молниеносное тактическое отступление. С этим провалов не ожидалось: после выматывающих утренних тренировок я отлично бегал.
Цель была определена. Оставалось понять, как ее достичь.
Логично рассудив, что поздним вечером и ночью вероятность встретить каких-нибудь грабителей гораздо выше, чем днем, я задумался над тем, как мне выбраться из школы после отбоя. Комнаты спящих учеников не проверяли, но возле выхода из жилого крыла всегда дежурили надзиратели. Подозреваю, что и двери, ведущие наружу, и ворота также не оставались без присмотра.
