— Видишь ли, они обещали мне новое, — объяснил он терпеливо, но с тихой, мрачной настойчивостью. — Они обещали мне новое. Это повреждено, Реви’. Некондиционное. Оно не может быть переработано. Уже слишком поздно, брат мой. Я должен получить новую модель. Должен.
— Терри…
— Нет! — рявкнул видящий, уставившись на меня. — Я хочу новое! Я хочу то, что мне обещали! Иначе я не буду сотрудничать! Не буду!
Меня затошнило от боли, которую я почувствовал в свете другого мужчины.
Я боролся с противоречивыми реакциями в своём собственном свете, желая снова потянуться к нему, хотя бы для того, чтобы утешить его, каким-то образом успокоить. Вместо этого я просто стоял там, подняв ладони в жесте мира и как будто пытаясь подавить страх, который бурлил в его свете.
— Терри, — мягко начал я. — Терри, пожалуйста. Послушай меня. Тебе нужна помощь…
— Больше никакого слушания! Больше никакой лжи! Лгущие лжецы со лживыми глазами.
— Я отведу тебя обратно. Пока ты не замёрз насмерть. Просто пойдём со мной, и я помогу тебе, брат. Мы пойдём куда-нибудь в тёплое место. Мы поговорим…
Я потянулся к руке Териана, но видящий увернулся.
— Нет! Я хочу новое! Новое! — закричал видящий. — Я ни с кем не буду разговаривать, пока мне его не доставят! Это было обещано!
Рядом со мной Кэт вытянула свою дубинку, щелчком выдвинув её на полную длину.
Взглянув на неё, я увидел, что она повесила винтовку за спину. Когда она посмотрела на Териана, я увидел в её глазах жалость, что-то сродни мягкой настороженности, пока она переводила взгляд с босоногого мужчины на меня, но под всем этим я видел лишь цель.
Долг.
Она слышала наши приказы вместе со мной.
— Подожди, — сказал я, поворачиваясь к ней. Я снова поднял руку, на этот раз по направлению к ней. — Тебе это не нужно. Просто дай мне сначала минутку, чтобы успокоить его. Он пойдёт добровольно. Хорошо?
Кэт слегка нахмурилась.
— Сэр? Они хотят, чтобы мы усмирили его. Сейчас же. Они хотят, чтобы он вернулся внутрь. Он мог умереть здесь. Особенно учитывая, во что он одет. Метель усиливается.
Я взглянул на небо, понимая, что она права.
Снег теперь повалил ещё гуще.
Становилось влажнее, холоднее.
— Хорошо, — сказал я, слыша, как в мой голос закрадывается раздражение. — Я понимаю. Но сначала дай мне минутку поговорить с ним. Пожалуйста. Тебе это не понадобится.
— У нас нет минутки, сэр. Нам нужно привести его сейчас…
— Грёбаная минута! — рявкнул я, свирепо глядя на неё. — Отойди. Это приказ, агент. Выполняй, или я прикажу Пауло пристрелить тебя за неподчинение.
Кэт моргнула, и в её глазах жило замешательство.
За считанные секунды это выражение сделалось остекленевшим.
Показывая уважительный жест, она склонила голову в поклоне.
— Конечно, сэр, — вежливо ответила она.
Говоря это, она отступила назад с дубинкой.
Чувствуя фоновые разряды, перетекавшие взад и вперед между её светом и светом остальной части моего юнита, я почувствовал, как мои челюсти напряглись.
Я повернулся к Териану, глядя, как он дрожит, стоя на снегу босыми ногами и обхватив руками своё худое тело. Кэт права. Нам нужно затащить его внутрь.
Однако даже сейчас я колебался, не желая принуждать его.
Я не хотел заставлять его или обращаться с ним как с обычным заключённым.
Выражение его глаз снова изменилось.
Сейчас он казался почти задумчивым, глядя на заснеженную территорию загонов по другую сторону сетчатого забора.
Всматриваясь в это почти детское лицо, я снова задался вопросом, что я делаю.
Я должен был позволить Кэт повалить его на землю электрошокером.
Мне следовало просто отступить, позволить моему юниту справиться с этим. Я должен просто стереть это из своей памяти, позволить им утащить рыжеволосого видящего обратно к тому, кому он принадлежал в лабораториях, и забыть, что это когда-либо происходило. Что я делаю? Чего, по моему мнению, это поможет добиться?
Я уставился на шею видящего, на ошейник, ограничивающий способности видящего. До сих пор я почему-то не обращал внимания на необычный металл светлого цвета, возможно, потому, что был слишком занят разглядыванием света видящего, глаз и этого лисьего угловатого лица.
Теперь я не мог не заметить, что это не было похоже ни на один органический ошейник, который я когда-либо видел раньше, и уж точно не на те, что носили заключённые по другую сторону забора.
Я собирался снова попытаться заговорить с Терианом, чтобы убедить его последовать за нами внутрь, когда видящий повысил голос, заговорив странно громко в воцарившейся тишине.
— Почему он бросил меня? — сказал Териан.
Он посмотрел на меня, и его янтарные глаза расфокусировались, заблестев от непролитых слёз.
— Почему?
Я нахмурился. Горечь вплеталась в мои мысли, меняя цвета моего света в пространстве Барьера. Я боролся с болью, которая поднималась во мне, но я уже понял.
Дигойз.
Для Териана всё всегда сводилось к Дигойзу.
Всегда.
Как только я подумал об этом, он повернулся, глядя на меня своими янтарными глазами.
— Реви’, — сказал он серьёзно. — Я должен был сказать тебе. Я должен был сказать тебе раньше.
— Сказать мне что, Терри?
Губы видящего поджались.
