Все трое мигом сорвались с места, а Сириус при этом выпустил в полтергейста красный луч — Пивза это только разозлило, и он преследовал ребят ещё этажей шесть, пока не всосался в стену от вида проплывавшего мимо Кровавого Барона.
Привалившись к стене незнакомого коридора, мальчишки восстанавливали дыхание. Как только адреналин в крови слегка подутих, Джим схватил за плечи Сириуса.
— Спок, что это было?!
— Режим оглушения, — отрапортовал Сириус, у которого фазером были сложены не только пальцы, но и волшебная палочка.
Джим моргнул в непонимании, уставившись на чудо-оружие друга, — а затем расхохотался так заразительно, что Сириус и даже Дейдара присоединились к нему. Замолчать их заставили приближающиеся шаги.
— О, гриферы как обычно ерундой страдают, — хмыкнул Розье, складывая руки на груди.
— На что они ещё годны? — бросил Эйвери, всем своим видом выказывая пренебрежение. Мальсибер встал рядом с товарищами, поддерживая их заявку на потасовку.
Сириус же моментально принял «стойку Блэка»: широко расправленные плечи, надменность, взгляд как на дерьмо. Вот же сила генов, ты подумай! Но всё же джимова лекция на тему «Звёздного пути» ещё не отпустила сознание Сириуса, поэтому вместо того, чтобы по-блэковски втоптать в грязь наглецов одной едкой фразой, он выдал не менее эпичное:
— Рекомендую вам немедленно взять курс на планету Кронос и как можно ближе познакомиться с её обитателями.
Слизеринцы опешили.
— Коммандер, браво, — похлопал Джим.
Глаза слизеринцев округлились ещё больше. Все трое парней отчаянно пытались понять, что вообще происходит. Дейдара их не винил: этим придуркам ещё не доводилось сталкиваться с мощью вжившегося в роль Джеймса Ф. Поттера.
— Мне кажется, — подал голос Мальсибер, — они пытаются оскорбить нас.
— Вот только духу у них не хватает, чтобы прямо сказать, — ощерился Эйвери.
— То, что вы идиот, мистер, не знает ещё разве только профессор Бинс, — сообщил Дейдара, скрывая азарт.
На этот раз мозг Эйвери сдюжил соотнести сказанное с понятием «оскорбление», а потому его носитель гневно зарычал и бросился на подрывника. Не остались на месте и Мальсибер с Розье, и Дейдара услышал заветное:
— Фазеры в режим оглушения!
Вновь мелькнул красный луч, а за ним последовал мощный «бум», звук подсечки и ещё один «бум». Чётким ударом избавившись от Эйвери, Дейдара повернулся как раз в тот момент, когда Джим аккуратно отряхивал брюки. Завидев его взгляд, братишка подошёл; посмотрев на бессознательного слизеринца сверху вниз, Джим патетично спросил:
— Вы ему что-то дали?
— Да, — отозвался Дейдара, — хук правой.
— Этого нет в медицинских книгах, — резонно заметил Джим.
— В моей теперь есть, — пафосно заключил Дейдара, потирая кулак.
— Не хочу вас прерывать, но, кажется, эти трое были здесь не одни, — сообщил Сириус, вслушиваясь в приближающиеся шаги.
— Отступаем! — вновь скомандовал Джим, и команда поспешила скрыться.
***
Конечно, за драку их всех наказали: что слизеринцев, что гриффиндорцев. Однако дорогого стоило лицо МакГонагалл, с которым она выслушивала рассказ Джима о событии.
— …Встреченные нами формы жизни оказались настроены агрессивно и не выходили на дипломатический контакт. Тогда доктор МакКой — я его не оправдываю, мэм, хотя он и продвинул дело вперёд — взял инициативу на себя и вступил с пришельцами в переговоры, которые, к большому сожалению, спровоцировали их на атаку… Коммандер Спок сражался геройски, его оглушение сработало превосходно…
— Мистер Поттер, вы о чём вообще говорите? — остановила его декан, не понимавшая, похоже, ни слова.
— Ну как же, мэм! Я — капитан Джеймс Т. Кирк, это — мой первый помощник Спок и доктор МакКой… «Звёздный путь» же, профессор!
— «Звёздный»… это что-то из магловской культуры? — ухватилась за смутное воспоминание МакГонагалл.
— О, мэм, это из объединяющей культуры! Хотите, я вам коротко перескажу, о чём сериал?..
========== Глава 8. Сражения Учихи Итачи ==========
Итачи полюбил библиотеку Хогвартса с самого первого дня. Весьма располагающее к учёбе место обустроили и веками поддерживали волшебники замка — такое, где просторно, много спокойных углов и тишина заполняет пространство. Стеллажи хранили бессчётное множество томов, и Итачи с трудом мог оценить, сколько времени необходимо на то, чтобы прочесть и, куда важнее, осмыслить все знания, хранящиеся в этих стенах.
Не так давно выпал первый снег, но Итачи на улицу совершенно не тянуло. Покончив с домашними заданиями, Итачи употреблял время перед ужином на более личное, к учёбе не относящееся исследование. В этот вечер он внимательно просматривал списки выпускников Хогвартса за тысяча девятьсот десятые годы, выискивая в магическом мире следы «своей семьи» этого мира.
Данная проблема являлась не основной, но не давала Итачи покоя. Вероятно, всё дело в его природной тяге не оставлять — по крайней мере, для себя самого — неизвестных переменных в любом сценарии или истории. Итачи знал, «его семья» каким-то образом связана с волшебниками, и именно поэтому Сэм и Лорен, «родители», отдали его в приют. Необходимо выяснить, что именно это за связь.
