Генри всё легче и увереннее выходил в астрал и довольно быстро научился контролировать свои видения и путешествия. Он чувствовал, как его тело, словно губка впитывает в себя цветные энергии и каждая клеточка, маленькая молекула приходят в движение и будто нарождаются заново. Он стал практиковать лечение своих сокурсников, но не явно, а так, чтобы никто не замечал и не связывал с ним улучшения своего здоровья. Когда кто-то из его товарищей начинал чувствовать физическое недомогание, Генри брался за дело.
Сначала он долго не решался эксперементировать, боясь, вдруг что-то пойдёт не так. Но, проконсультировавшись с Юлианом, получил разрешение на это.
— Видите ли, мой мальчик, к сожалению, то общество, в котором мы с вами живём, слишко пугливо и не вмеру осторожно. Прогрессируя в своём развитии, оно уже отошло от язычества, а к пониманию основополагающей теории мироздания ещё не приблизилось. Находясь в промежуточном состоянии между этими двумя позициями, вряд ли кто-нибудь из ваших товарищей сможет достойно оценить ваши способности и таланты. Людям свойственно боятся того, что они, в силу определённых причин, не могут осмыслить. Даже почувствовав на себе положительные результаты ваших трудов, они, ни в коем случае, не свяжут их с вами. Объяснения будут какими угодно, но только не в вашу пользу. В лучшем случае вас обвинят в шарлатанстве и приписывание себе незаслуженной победы. А о худших я даже говорить не хочу. Пройдёт много времени, пока люди начнут доверять таким, как вы, талантливым, обученным и умеющим открыть завесу тайны. Поэтому пока надо действовать очень и очень аккуратно. Если вы увидите, что человек нуждается в вашей, не побоюсь этих слов, врачебной помощи, то работать с ним вы должны только на астральном уровне. А всё остальное доделает сама матушка-природа. Довольствуйтесь видимыми результатами своих трудов и совершенствуйтесь дальше. Уверен, наступят те времена, когда наши таланты и возможности не будут пугать соотечественников, — дал Юлиан напутствие в одной из астральных бесед.
Некоторое время в чудесных способностях Генри не было нужды. Особенных прицидентов на проявление своего целительского дара он не видел. Но случилось страшное событие и Генри, не задумываясь, пренебрегая всяческими мерами предосторожности, практически на виду у всех, проявил свой дар во всём объёме. Слава провидению, всё прошло почти незамеченным.
Молодость, юношеский максимализм и непримиримость, когда каждое нелицеприятное слово в ваш или чей-то адрес вызывает бурю эмоций. Испокон века поединки за личное превосходство, за собственную честь или честь дамы сердца были естественны для любых слоёв общества, от крестьян до знати. Только способы и оружие были разными. Кулачные драки простолюдинов частенько заканчивались общей попойкой и примирением. Среди знати, в разные эпохи, было в чести холодное оружие, на смену которому пришло огнестрельное.
Два дня назад, учащиеся Акадамии Вацлав Пискорский и Густав Гуревич довольно сильно повздорили, едва не дошло до драки. Сыпя бранными словами, удивительно не соответствующими их воспитанию, они, словно два петуха, наскакивали друг на друга. Лишь усилиями нескольких ребят удалось их разнять и чуть успокоить. Никто так и не смог узнать причину их ссоры, потому что возбуждённые и растрёпанные скандалисты отмалчивались и уходили от ответа. Казалось, конфликт был исчерпан. Все разошлись по своим делам, в том числе и драчуны. Для всех осталось загадкой, где два дуэлянта нашли пистолеты, ведь оружейная комната была под строгим присмотром специального офицера. И тем не менее.
Когда вечером все успокоились и уснули, Вацлав и Густав тайком вышли из корпуса и в твёрдой решимости отправились подальше от стен Академии, чтобы никто не смог помешать им на дуэли разрешить свои обоюдные притензии. Генри неожиданно проснулся с чувством тревоги. Мысленно пробежал по воспоминаниям и не найдя какой-либо значительной причины для беспокойства, повернулся на другой бок, натянулводеяло на голову. Но вдруг, будто сотни пушечных залпов чуть не разорвали его барабанные перепонки. Он вскачил с кровати и, обежав всю спальную комнату, обнаружил исчезновение Вацлава и Густава. Присев на кровать Вацлава, Генри почувствовал оставшуюся частичку того сгустка энергии, которая аккомулируется над человеком, толкая его на преступление против законов природы, жизни и человеческих отношений.