К нам приехала давнишняя знакомая моей матери, не приехала, а приплыла на небольшом корабле из Старого света. Они спасались от эпидемии тифа, который каждый день уносил жизни сотни человек. Матушкина подруга приехала не одна, а со своей племянницей, оставшейся сиротой. Девочке было семнадцать с небольшим. Сама чистота и невинность! Её белокурые волосы обрамляли чудное личико удивительной красоты. Голубые, огромные глаза, длинные ресницы, брови вразлёт, нежно алые губки, бархатная кожа — я был сражон сразу и наповал. А имя, её чудесное имя звучало дивной музыкой, вслушайтесь только — Флорианна. Я изнемогал от страсти и любви и когда оона стала отвечать мне взаимностью, был на грани счастливого безумия. Через две недели мы были помолвлены, а через месяц обвенчались и пусть вас не удивляет такая быстрота разворачивания событий, ведь приличия диктуют определённый временной промежуток. Но дитя была сиротой, а её тётушка о лучшей партии для неё не надеялась. Мы были счастливы, искренне, безумно и навсегда. А когда моя дорогая Флорианна сказала, что ждёт ребёнка, в доме воцарилась такая радость, будто ждали рождения самого господа бога. Мой друг Диен, я забыл сказать, что вместе с Флорианной был ещё один человек, надеявшийся найти себя на чужой земле. Он был каким-то очень дальним родственником тётушки и тоже бежал от страшной эпидемии. Удивительный талант художника от бога был подкреплён успешной учёбой ещё там, на его родине. Вот только бедность. Он мечтал о том, как построит своё благосостояние на художественном поприще. Мы очень сблизились с ним, я ощущал какое-то удивительно родство наших душ. Я всячески помогал ему в осуществлении его мечты, мы добились некоторых высот, когда он встретил свою любовь. Завоевав своим талантом восхищение в самых высших кругах, он мог похвастаться вниманием многих женщин, но та, с которой он решил связать свою судьбу, ворвалась в его жизнь внезапно. Она была на восемь лет старше Диена, вдова с сыном. Они поженились, господь не дал им совместного ребёнка, поэтому всё любовь и нежность они отдавали его сыну. Да и в друг друге они находили радость. От мужа ей досталось огромное состояние, поэтому и дела Диена пошли быстро в гору. Не думаю, что меркантилый интерес был для него самым важным, у них было искреннее чувство, я могу заявить это с полной ответственностью.
А у меня родилась дочь, мы назвали её Элеонор, в честь матери моей жены. Мои родители умерли один за другим в преклонном возрасте, ведь я был очень поздним ребёнком. С их уходом, я почувствовал себя уже взрослым. Я был поглащён работой, писал научные труды и мало времени уделял своей семье. Мне хотелось оставить след в истории, мой разум впитывал и анализировал свой, что только попадалось ему. Когда у меня что-нибудь не клеилось, я становился похожим на ураган: рвал уже написанное, уничтожал целые кипы бумаги и снова садился за работу. Диен был на моей стороне, ибо ему тоже были знакомы неудовлетворённость своей работой, искания души и мыслей. Конечно, жена обижалась на меня, но она была не только красива, но и умна и знала, что буря пройдёт и я снова стану спокойным и милым.
Рассказчик замолчал, преживая нахлынувшие воспоминания. Гарнидупс не делал попыток поторопить его, он уже успел услышать и увидеть то, что было между строк рассказа. Все недосказанные эпизоды прошли перед его глазами, но он хотел дождать того конца этой истории, что придумал Медес.
