С утра отправился Зенек по хозяйству работать. Залез на крышу, отремонтировал, чтобы дождём не промокало. В сарай пошёл, там стайку поправил. И Марыля, не скрывая радости, хлопотала по дому, украдкой наблюдая за ним, любуясь. «Как же хорошо, господи, какое счастье! Вот и пришёл в мой дом хозяин. Какая жизнь теперь начнётся у нас в любви и согласии! Даже поверит трудно в такой подарок от бога. А какие детки у нас будут красивые!» — запирало дыхание у Марыли от счастья. Так в работе и день прошёл, поужинали и вышли на улицу, посидеть на лавочке возле дома. Услышали, как по деревне детвора бежала с криками, что мол, хлопец незнакомый к их селу на коне скачет. И правда, со стороны большака, по полю, скакал кто-то. Въехал в село и остановился возле колодца. А там стояла Ганна и воду набирала. Попросил парень воды напиться. Наклонился к ведру, отпил и поднял глаза на девушку. У той щёки зарделись, засмущалась под взглядом такого парня пригожего наша Ганночка:
— Что ж ты так смотришь на меня? — Смотрю, что и в правду, у вас красавицы живут. Не ждал, не ведал, что чужое несчастье мне счастье принесёт.
— О каком таком несчастье ты говоришь? — заинтересовалась Ганна.
— Скажи мне, где хата Евдокии. Привёз я подарки от её мужа.
— А что ж он сам не приехал? — Ехал он к ней повидаться, да беда по дороге приключилась, утонул, а я вот решил привезти да отдать ей то, что он в городе заработал. Не легко ей придётся теперь одной, а его добро ей пригодится. Вместе мы ехали, да хвастал он, что красавицы писаные девушки у вас живут. В том я только что сам убедился, — взял Ганну за руку, — а скажи мне, есть ли у тебя жених на примете, любишь ли кого?
— Любила, да только прошла любовь, разбил он моё сердце, на силу кусочки собрала, — Ганна опустила голову, потом подняла глаза на парня.
— Выходит, свободно, — Ганна, кокетливо, потупила взор и высвободила свою руку из его руки, — нешто, ты мне её предложить можешь?
— Ох, и глаза у тебя, как омут затягивают, — улыбнулся парень, — значит, свободно твоё сердце для любви новой?
— Похоже, могу, как огнём опалил меня взгляд твой, не смогу теперь его из сердца вытащить. Отдам Евдокии подарки, поеду к себе домой, родителям расскажу, что встретил любовь свою и жди сватов от меня. Помру, если откажешь.
— Да как же так, ведь не знаешь ты меня совсем, а может, характер у меня дурной, да не по нраву тебе будет, — Ганна улыбнулась, но в глазах ожидание было, что продолжит он речь свою именно так, как ей хотелось сейчас, понравился тоже парень девушке с первого взгляда.
— У дивчины с такими глазами не может быть характер скверный. Чую я, по сердцу мне всё будет, что с тобой связано. А в искренности моей убедишься, когда сватов на своём дворе увидишь. А сейчас, покажи мне, где Евдокия живёт.
— А недалеко живёт, ваккурат возле дома моего и её хата стоит, — сказала Ганна, подхватила коромыслом вёдра и пошла по улице. Парень взял под уздцы своего коня и двинулся следом, оглядывая стройную девичью фигурку.
Евдокия стояла возле тына. Донёсся до неё слух, что по её душу проезжий. Подошёл хлопец, поклонился, поздоровался. Пригласила Евдокия его в хату. Снял он седельную сумку и мешок, пошёл за ней следом. Недолго разговаривали в избе, вышла она его провожать, попрощались. Повернулся хлопец к дому Ганны. А она стояла на крыльце, скрестив руки на груди. Перемахнул парень через плетень, подошёл к ней.
— Чтобы не сомневалась ты в решении моём, познакомь меня сейчас со своими родителями. У меня, как знал, и подарочки есть.
Ганна, еле сдерживаясь, дрожащим от волнения, голосом позвала отца с матерью. Вышли те из дома. Парень поздоровался:
— Поклон вам низкий, хочу просить я, чтобы отдали за меня вы дочь свою. Отец Ганны молчал, а мать, всполошилась:
— Да как же так быстро сговорились вы? Ведь, первый раз друг друга увидели?
— Бывает и так, сам не ожидал, а как встретил вашу дочку, так и полюбил сразу и чувство моё искреннее. Поеду домой, поговорю с родителями, они у меня люди хорошие и мне и моему выбору препятствовать не будут, уговор у нас, что как решу, на то они своё благословение и дадут.
— Ну, коли так, будем ждать, — сказал отец, — а сейчас, пойдёмте в хату, да поговорим спокойно, расскажешь нам, кто ты и откуда, — и все пошли в дом.
Быстро разнеслась весть об этом по селу. Услыхали новость и Зенек с Марылей. Порадовались за Ганну, знали, что любила она Милоша любовью безответной. Да видно, выгорело сердце дивчины, а тут и новая любовь в нём поселилась да к жизни его возродила.
Зенек с Марылей жили душа в душу. Марыля по дому трудилась, а Зенек, как Демьян, в лес ходил, травы собирал. Приходили к нему люди со своими проблемами да болячками. Ни кому не отказывал, всем помогал, и тем, кто никогда не обижал его с детства, и тем, от кого слова доброго не слышал.
