Честно говоря, Ками тоже была не в восторге от перспективы находиться так близко к столь подозрительному типу. Понимая, что сон вряд ли придёт к ней этой ночью, она сидела на кровати и пыталась понять, что же привело священника в замок. На первый взгляд у него не могло быть никаких причин для того, чтобы вообще заходить в лес, потому что даже его наличие в Норфале вызывало только недоумение. До появления Хальдис, которая поделилась своей историей. Если только не… Одно предположение было, но это был, наверное, самый неприятный вариант из всех возможных. Священник мог напасть на след ведьмы. В том, что замок не выдаст её, сомнений не возникало, но это ничуть не мешало гостю попытаться докопаться до истины, доставив всем изрядную долю неприятностей.
Камилла покосилась на кольцо, уныло поблёскивавшее серым камушком. Когда она решилась спросить Хальдис, можно ли что-то сделать с этим в прямом смысле слова убийственным украшением, та с сожалением ответила, что с чарами такого уровня совладать сможет либо сама Ингрид, либо кто-нибудь равный по силе древним магам. Во всех остальных случаях оставалось только одно: следить, чтобы кольцо оставалось на пальце. А если быть точнее, то не снимать его, так как само кольцо ни за что не соскочит.
У гостевых, по сравнению с другими комнатами, был один ощутимый недостаток. Если двери комнат зачаровывались с ориентировкой на обитателя, не позволяя тем самым открыть их без его желания, то двери гостевых просто не пропускали хранителей. О недостатке этом Камилла помнила, но всё же открывшаяся вдруг дверь стала для неё неожиданностью.
Обернувшись, она увидела на пороге священника. Одно мгновение он выглядел так, словно испытывал неловкость из-за того, что ошибся дверью. Однако убедившись, что в комнате нет никого, кроме Камиллы, он усмехнулся и в пару мгновений преодолел разделявшее их расстояние. Ками инстинктивно отпрянула, но наткнулась на стоявший позади столик и упала на него, потеряв те секунды, за которые всё же могла успеть что-то предпринять. К лицу прижали платок. Камилла понимала, что надо задержать дыхание, но надолго хватить её не могло. Это же понимал и священник, крепко прижав девушку к столу и терпеливо дожидаясь, когда она всё же вдохнёт отравляющие пары.
Через минуту Камилла уже не подавала никаких признаков сопротивления, да и не могла бы сделать этого при всём желании. Тело не слушалось вплоть до того, что не удавалось открыть глаза, а все звуки словно пробивались сквозь слой ваты. Тем не менее, это не помешало почувствовать, что в какой-то момент её вынесли за пределы замка.
От дождя осталась только изморось, но ветер пробирал до самых костей, особенно в не предназначенной для ночных прогулок одежде, потому что никто в своём уме не пойдёт гулять в сорочке. По спине хлестали мокрые ветки деревьев, кустов, и было непонятно, как долго собирался идти священник и куда вообще держал путь. Что до города понесёт — это вряд ли. Нет на то причин. Через некоторое время, счёт которому Ками потеряла, удалось разобрать шум реки, который становился всё отчётливее. Потом, когда они явно подошли совсем близко, её просто скинули на мокрую траву.
— Что, даже связывать не будешь? — Голос был мужским, но определённо принадлежал не тому рыжему священнику.
— Нет необходимости. Она ещё достаточно времени ничего не сможет сделать из-за яда, а потом промёрзнет достаточно. — А это уже явно был «старый знакомый».
— Что же, надеюсь, птица клюнет на наживку, — хрипло откликнулся кто-то третий.
«Птица? То есть они пришли не за Хальдис? Тогда это ещё страннее…» — подумала Камилла и попыталась шевельнуться, но священник оказался прав. Пока что яд славно выполнял свои обязанности.
Оставалось одно: лежать, терпеть и слушать беседу служителей веры, которая привносила некоторую ясность в сложившуюся ситуацию. Судя по всему, цель поймать ведьму всё ещё присутствовала, но была отодвинута на второй план. Теперь мысли священников занимало желание увидеть легендарную священную птицу, причём непонятно было, откуда у них такая уверенность, что та точно обитает в замке. И, тем более, откуда вообще взялась мысль, что эту, по факту, выдуманную птицу можно выманить таким образом? Служителей веры всегда было трудно понять.
Спина промокла уже насквозь, а потому лежать стало особенно неприятно. Камилла дёрнулась в бессознательной попытке укрыться от ветра, казавшегося теперь особенно холодным. Пусть даже с неохотой, но тело её послушалось.
— Эй, слышали? — спросил хриплый, тем самым заставив замереть.
— Тебе показалось.
— Да, наверное…
Оставив попытки расшевелить конечности, Камилла попробовала хотя бы открыть глаза. Было слишком темно, и даже полная бледная луна, мелькавшая из-за туч, почти не улучшала видимость. Вдох-выдох. Надо успокоиться, сосредоточиться. Вспомнить об осторожности и рассудительности. Нельзя принимать поспешных решений, чтобы сложившаяся ситуация не усугубилась.
