— Может, тебе стоит взглянуть на других девушек? Тебя дома ждёт продолжение отбора и толпа прекрасных невест. Возвращайся! Ты же понимаешь, что даже, если уговоришь прелесть вернуться с тобой, то по нашему закону ей придётся продолжить участие в отборе. Может, оставишь её в покое?
— Нет. Рош. Отдай мне свой пропуск, а?
— Ни за что! Я Королеве, как раз подхожу по всем статьям — не Принц, но знатен и сильный маг, разбираюсь в ведении государственных дел и готов остаться в этом королевстве навсегда. Тир, я не уступлю тебе свой шанс стать мужем прелести!
— Дурак ты, Рош, если думаешь, что я позволю кому-то, кроме меня, стать ей мужем. Оза — моя. Была, есть и будет.
— Посмотрим. Пропуск тебе не отдам.
Вечером Тираш сверлил друга взглядом, пока тот тщательно собирался и садился в экипаж.
Потом он ходил из угла в угол в своей комнате, придумывая способы как-то видеться с Розалией. Он, конечно, будет ловить её на конных прогулках и, вообще, каждый раз, когда она будет выбираться из дворца. Уже подкуплены и снабжены вестниками две служанки из её окружения, чтобы держать его в курсе о передвижениях и планах Принцессы. Он будет знать, если Оза соберётся выйти. Но этого слишком мало! Одна надежда на Никоша. Если он привезёт Сонию и позволит ей видеться с подругой только в посольстве, у него, Тираша, появится отличный шанс проводить с Розалией много времени. Нужно только немного подождать.
Но, как же невыносимо думать, что она там сейчас танцует на балу с другими мужчинами. Чужие руки дотрагиваются до неё, чужие глаза рассматривают, чужие языки плетут вокруг неё сеть из лести и любезностей.
Однако Тираш напрасно корчился в муках ревности. Розалия предпочла балу общение с тётушкой Розой. Девушка слишком сильно соскучилась по ней. Королева, счастливо любуясь дочерью, тихонько сидела в гостиной, пока Розалия и тётушка Роза делились новостями и вспоминали своих общих знакомых. Ей было всё равно, где проводит время доченька, лишь бы у неё на глазах.
Оставшись среди зелени зимнего сада совершенно одна, Лилия растерянно огляделась вокруг. Никого. Лишь белые мраморные скульптуры равнодушно и молчаливо смотрели на девушку пустыми белыми глазами да тихо журчал фонтан.
Она попыталась осознать происходящее, хоть далось ей это с некоторым трудом.
Сначала Лилию очень огорчил Принц Тираш, который ей так сильно нравился. Он, как всегда, холодный и равнодушный, и сегодня сторонился её. Девушка так старалась сблизиться с ним, приглашая в своё общество, но он всё время норовил держаться осторонь, при этом, избегал общения не только с ней, а, вообще, со всеми девушками. Последнее, кстати, Лилии нравилось и дарило надежду. Пока Тираш ничей — есть надежда.
Но этим утром, вдруг, Его Высочество вылез из своей раковины и, буквально, неприлично прилип к спине красивой стервы, неизвестно откуда появившейся под руку с фупанским Принцем, и что-то интимно нашёптывал той на ушко.
Конечно, Лилия обиделась на него и расстроилась, оттого и не сдержалась, заговорила с девушкой и фупанцем так некрасиво и грубо. А та оказалась… Неужели….
«Эти слова Королевы про то, что Розалия дома… Получается, она моя сестра? Та самая — настоящая Наследная Принцесса Розалия?» — мелко билась у висков догадка, причиняя несильную, но мучительную боль.
Доброжелатели давно объяснили Лилии, что она — всего лишь плохонькая замена настоящей Наследной Принцессы, что у Его Величества, неизвестно где, но есть, его другая, особо одарённая, дочь. Девушка знала, что мать настоящей Принцессы — Королева, а она, Лилия, всего лишь дочь бывшей фаворитки и оказалась во дворце случайно.
Нашлись и такие придворные маги, которые просветили дочь фаворитки, что она будет жить во дворце только до тех пор, пока настоящая Принцесса не найдётся, что отец лишь временно позволил ей находиться рядом с ним и называться наследницей.
Когда Лилия, ещё учась в обычной школе, впервые узнала о своём истинном положении, обожаемый отец показался ей предателем, а жизнь — бесконечно несправедливой к ней. Девочке захотелось немедленно сбежать, что она, недолго думая, и сделала. Поздно вечером юная Принцесса выбралась из дворца, и одна-одинёшенька, рыдая, шла всю ночь. К утру девочка, израсходовав все запасы слёз, самостоятельно добралась до поместья матери.
— Мамочка, я хочу жить с тобой! — снова заплакала она, едва завидев мать.
Но её надежды на ласковый и нежный приём родной душой не оправдались. Девочка так и стояла в холле — усталая, обиженная, потерянная. А мать рассердилась, отмахнулась от путанных пояснений побега, требовала всячески угождать и слушаться отца. Сам Король прибыл к фаворитке порталом через несколько минут, откликнувшись на отправленный ему магический вестник. Разгневанный, доставленным беспокойством и выходкой девочки.
Мать лично безжалостно высекла дочь за её выходку прямо в том же холле, где они полчаса назад встретились. Его Величество не мешал, наблюдая за экзекуцией со стороны.
