— Идем в кабинет, — сказал дедуля, оперся одной рукой на трость, шагнул в коридор и продолжал разговор:
— Не ожидал, что внешне ты так похож на меня.
— Разве это плохо? — в свою очередь спросил Мукеш.
— Трудно сказать, — ответил старик, — ведь мы еще толком не знакомы, — и добавил: — на протяжении жизни в каждом человеке происходит борьба, похожая на борьбу двух волков. Один волк представляет зло, другой добро. Всегда побеждает тот волк, которого ты кормишь… Но то, что ты говоришь на отличном родном языке, обрадовало меня.
— Я преподаю санскрит и учусь в аспирантуре — надеюсь получить ученую степень, — встрепенулся Мукеш, задетый за живое неожиданными словами.
— Ты поступаешь правильно. Мой внук должен иметь достойное образование… Надеюсь, у тебя хватит сил хоть немного поболтать со мной после ночного перелета?
— Конечно, дедушка. Я выспался в самолете.
— Заходи, — старик повернулся к нему и пропустил вперед. Слуга распахнул перед ними дверь.
Вдоль стен просторной комнаты на полках стояли книги, у окна стол и несколько кресел. Не останавливаясь, дед прошел дальше — на балкон, устроился на маленьком диванчике, прислонив к его спинке трость.
— Садись напротив. Здесь нам никто не помешает.
Мукеш послушно опустился рядом в плетеное кресло. Он не знал, как вести себя дальше. Дед внимательно посмотрел на него и сказал:
— Восход — удобное время для бхавамукхи[1]. Ты согласен со мной?
— Согласен, — кивнул тот.
— Тогда примем удобную позу и погрузимся в созерцание, — старик поправил кольцо с огромным круглым бриллиантом на указательном пальце, чуть откинулся назад, вытянул вперед ноги, свесил руки и закрыл глаза. Внук последовал его примеру и вскоре мысленно оказался у озера с чистейшей прозрачной водой, усеянной вдоль береговой кромки белыми цветами лотоса. Он протянул руку, пытаясь сорвать один, но увидев в глубине лепестков бхрамару — крупную черную пчелу, вкушающую пыльцу, и отдернул руку. Испуганная пчела взмахнула крыльями, взлетела в воздух, и он явственно различил затихающие в пространстве слова: ж-ж-жизнь… ж-ж-женщина…
Ведение исчезло. Мукеш открыл глаза. Дед наблюдал за ним.
— Что тебе поведала Бхаватарини — спасительница Вселенной? — спросил он.
— Пока не понял, — ответил тот, смутившись.
— Я не удивлен твоим ответом и искренне сожалею, что не следил за тем, как ты рос. Придется наверстывать упущенное время. Вот и вся проблема.
— Дедушка, прости меня. Так получилось. Я живу в другой стране.
— Прощаю, — дед положил ногу на ногу и продолжил: — скажи, а девушка у тебя есть?
— Да. Не просто девушка, а любимая девушка, — Мукеш сделал ударение на слове любимая.
— Русская?
— Русская. Правнучка путешественника по Индии. Её отец подарил мне старинную монету. — Внук полез в кошелек, достал оттуда лежащую среди остальной мелочи серебряную монетку и показал деду. — Теперь она — мой талисман.
Тот снисходительно улыбнулся.
— Европейские привычки. Монета не может служить полноценным талисманом…
— Почему?
— Потому, что её брали в руки множество людей с различными кармами.
Талисманом может служить только древний вардж. Но, к сожалению, наш род его утратил.
— Как такое могло произойти?
— Как гласит родовое сказание, Чаухан Притхвирадж — последний правитель Раджпуты лишился его во время битвы с Муххамедом Гури. Полководец султана завладел защитным амулетом и, как следствие, всем Раджастаном.
— Необычная версия развития событий, — ответил Мукеш и подумал: «неужели дед действительно верит в эту утопическую сказку?!» Все же, образ мыслей людей востока здорово отличается от образа мыслей западных — атеистических. Хотя, русские не относят себя ни к Востоку, ни к Западу. Русские давно превратились в сложный человеческий гибрид, усердно заливающий свою собственную культуру водкой. Жаль, но факт. И ничего с этим не поделаешь…
— А сейчас иди, приведи себя в порядок с дороги. Через пару часов будет готов завтрак, — попросил дедушка.
— Хорошо, — Мукеш не перечил…, — моя девушка — Алина прилетает в Дели завтра. Можно, я вас познакомлю?
Дед загадочно улыбнулся и сказал:
— Недавно я стоял под небесным деревом исполнений желаний, и видел тебя со светлолицей женщиной…, а сейчас иди, отдыхай, — он обнял внука за плечи и подтолкнул к выходу, — твоя комната напротив моего кабинета.
… Войдя в отведённые ему апартаменты, Мукеш кинул рюкзак на стул, разделся и сразу пошел в ванную комнату.
В зеркале, напротив душевой кабины, он разглядел шрам, оставленный на его теле обидчиком, и в очередной раз, успокоив себя известной поговоркой: шрамы украшают настоящего мужчину, насухо вытерся приятно пахнущим благовониями банным полотенцем и улегся на широченную двуспальную кровать.
«Вот если бы Алина была рядом…».
