Аспирант прошел в коридор. Атмосфера просторной квартиры, начиная с вешалки для одежды, была сплошь пропитана стариной. Зал украшали массивный буфет красного дерева с резьбой, рояль прошлого века с бронзовыми канделябрами и громоздкая антикварная люстра под высоким потолком…
— Не стой в кроссовках — переобуйся.
Мукеш послушно надел серые домашние тапки, подставленные под ноги Алиной, перешел в зал и оказался у старинного портрета.
— Кого тут запечатлели? — задал он вопрос, кивая на бородатого мужчину, задумчиво смотрящего вдаль.
— Это мой прадед — историк. Если хочешь, после обеда я покажу тебе его коллекцию старинных монет…, да не стой, как истукан, посреди комнаты, идем на кухню.
Мукеш присел на стул и наблюдал, как девушка деловито курсировала от холодильника к столу. На нём быстро появился салат с авокадо и печеночный паштет.
— Давай, кушай, — она поставила перед ним тарелку и блюдце с нарезанными кусками черного хлеба, положила салат.
Аспирант попробовал и замолчал…
— Тебе не нравится?
— На мой вкус перца не хватает.
— Какого? Черного, красного?
— Красного.
Алина подала ему маленький металлический приборчик. Мукеш открутил крышку перечницы, обильно посыпал салат, перемешал и принялся есть. Девушка закашлялась… Перец попал её в нос.
— Как можно есть такую острую пищу, — удивилась Алина, — ты же испортишь себе желудок!
— Это еще не острая, в Индии есть более жгучие приправы.
— Ты же не живешь в Индии.
— Ну и что. Отец меня приучил. — Аспирант уткнулся глазами в тарелку и замолчал, активно работая ложкой. В его голове крутилась мысль: «семья у Алины наверняка непростая…».
— О чем задумался?
— Да так… о своем.
— Чай наливать?
— Давай попозже… Покажи монетки, интересно.
— Тогда пойдем в кабинет.
Девушка повела его в боковую комнату. На высоком застеклённом стеллаже во всю стену стояли старинные книги, у окна, на коричневом письменном столе натурального дерева красовалась лампа с желтым колпаком. Её ножку обвивала змея с позолоченной чешуёй. К столу придвинули кресло с мягкими подлокотниками.
У противоположной стены расположили пухлый черный кожаный диван и этажерку с двумя створками внизу. Рядом, на паркетном полу, лежал основательно потертый в середине шелковый ковер, украшенный мелким восточным орнаментом.
Алина наклонилась, приоткрыла створку этажерки, достала толстый альбом, оббитый тёмно-коричневым бархатом, старинную лупу на деревянной ручке и подала новому другу:
— Изучай.
Мукеш уселся на диван и принялся рассматривать монетки, аккуратно запакованные в ячейки альбома. Под каждой ячейкой была надпись.
— Ничего себе! Тут даже староримские есть!
— И индийские. Смотри дальше.
— О-о! Вот золотая монета времен правления Гуптов — четвертый век нашей эры. На ней изображен Кришна. Наверное, монета стоит баснословных денег.
— Наверное. Надо у папы спросить. Переворачивай дальше. Там еще есть.
Он открыл следующий лист и ахнул:
Это же монета с севера Индии! Чеканилась при Мухммеде Туглуке. Четырнадцатый век! В Делийском султанате запрещалось изображать на монетах человеческие лица.
— Оказывается, ты неплохо разбираешься в нумизматике, — заметила девушка.
— Стараюсь.
— Молодец, — раздался голос из коридора, — старинные индийские монеты — большая редкость в России.
— Ой, папа приехал! — встрепенулась Алина и поспешила в коридор, где неожиданно появился статный седоватый мужчина в строгом темно-сером костюме, и повисла у него на шее, Я и не слышала, как ты дверь открыл!
— Видимо, увлеклась разговором, — папа добродушно улыбнулся.
— Как в Москве?
— Как всегда. Жизнь кипит, вечная спешка. Так что, вернулся из «сердца нашей Родины» и сразу попал в её «мочевой пузырь». — Папа опустил мокрый зонт — трость в подставку — высокую напольную вазу.
— У нас в гостях мой новый друг. Мукеш, иди к нам, я познакомлю тебя с папой!
Аспирант поднялся с дивана и прошел в коридор.
— Очень приятно, — произнес папа и первым протянул руку аспиранту, — Аркадий Сергеевич.
— Мукеш Бхагават, — в свою очередь представился аспирант, внутренне оценив крепкое пожатие Аркадия Сергеевича.
— Мы вместе учимся, только в разных группах…, — уточнила Алина, — но не будем тебе мешать. Отдыхай после перелета. Я сейчас переоденусь, и мы пойдем гулять.
— Идите, развлекайтесь…, — Аркадий Сергеевич снял пиджак и повесил его на вешалку, — Мукеш, если хочешь, можешь посмотреть весь альбом. Будут вопросы — задавай. Расскажу, что знаю, с удовольствием. Только руки сначала вымою…
— Спасибо, Аркадий Сергеевич… Можно, я посижу вместе с вами, пока Алина собирается?
— Можно, налей себе чаю…
Папа перешел из ванной комнаты на кухню.
— Кстати, какая старинная монета до сих пор не найдена? Знаешь? — спросил он, наливая половником борщ в тарелку.
— Если не ошибаюсь, то двести золотых мохуров весом в два килограмма.
— Правильно. Мой дед долго путешествовал по Индии — искал её, да так и не нашел. Зато подхватил малярию и умер вскоре после возвращения на Родину…
— А я никогда не видел своего раджпутского деда, — признался Мукеш.
— Вот как? — удивился Аркадий Сергеевич, — значит, я угадал, — у тебя папа индус, а мама русская.
