… Пад-Мавати же вернулась во дворец и направилась прямиком в зал. Гости действительно расходиться не спешили — завтракали. Завидев супругу раджи, они дружно поприветствовали её. Она лучезарно улыбнулась, скрыв за улыбкой чувство гнева, и села за стол рядом с купцами. «Поднебесный» поглядывал на пад-мавати, ожидая, что та заговорит с ним, но супруга Повелителя завела неприхотливую беседу с «заморским» о погоде. Ему пришлось любезно отвечать на пустяковые вопросы. В это время отряд стражников вошел в зал. Одни кшатрии встали у дверей, а другие направилась прямиком к «Поднебесному». Тот в недоумении оторвал взгляд от тарелки и замер с куском рыбы во рту.
— Пойдешь с нами, — объявили ему.
Он подскочил от неожиданности и чуть не поперхнулся. Его тут же взяли под руки, вывели в коридор и потащили вниз по лестнице.
— Что происходит? — спросил перепуганный представитель «заморских».
— Ничего необычного, — ответила пад-мавати, — обыкновенная выборочная проверка.
— Какая проверка? — удивился мужчина.
«На вшивость» — чуть не ляпнула та, но вслух сказала:
— Если не будете привозить моему супругу наложниц — моя проверка вас не коснется.
Тот с облегчением вздохнул — решил, что в отсутствие махараджи у супруги сработала обыкновенная женская ревность.
— Когда ваш караван собирается отбыть домой? — продолжила она разговор.
— Сегодня, — понял намек купец.
— Вот и хорошо. Заодно напомните вашему князю, что в Раджастане новый правитель.
— Несомненно, ясноликая.
— Отлично. Не буду мешать вашим сборам.
Алина встала и удалилась в личные покои. Перепуганная Канта сидела в комнате госпожи и плакала.
— Чего ревешь? — раздраженно спросила пад-мавати. — Я жива и здорова.
— Госпожа, я подсматривала за африканкой. Она желает вам смерти.
— Она не справится со мной, Канта. Успокойся, вытри нос и займись делом — сходи на рынок, раздобудь цветные бусины и толстую нить. Сделаю тебе ожерелье.
— Слушаюсь, хозяйка…
… Мукеш вернулся во дворец к обеду, будто почувствовав, что не все «в доме» ладно. Услышав новость из уст супруги, вместо того, чтобы сесть за стол с едой, он уселся на трон и приготовился вершить суд. Алина устроилась рядом…
Перепуганного дрожащего всем телом китайца втащили в зал и с силой толкнули к ногам повелителем. Он пал ниц. Из тугого узла волос на затылке выпала костяная шпилька, длинные сальные пряди разметались по лицу и плечам. Красный туфель, обшитый по бокам бисером, свалился с ноги и отлетел в сторону.
— Рассказывай подробно о черной бестии, — распорядился Мукеш, — у кого взял, за сколько, и почему от неё избавились. Ну! Быстрее и без приукрашиваний!
— Я купил её за…, — он замешкался на секунду, прикидывая, какую цену лучше назвать.
— Так за сколько? Не слышу, — гаркнул Мукеш.
— За пару серебряных монет.
— Почему так дешево?
— Она чуть не убила жену вождя племени, а после неудачного покушения сбежала из деревни и попала в руки к вождю другого племени.
— И что, вождь другого племени приласкал её?
— Нет. Она исполняла всю грязную работу в его доме и попросила, что бы я увез её в другое место.
— Другое место оказалось моим дворцом? — усмехнулся махараджа.
Купец смолчал в ответ.
— За такой «медвежий» подарок ты хочешь, чтобы я помогал тебе?
— Прости меня, повелитель! — взмолился хитрец, — я не знал, что подарок обернется неприятностями!
— Ладно, за то, что моя супруга осталась невредимой, буду милостивым — не обезглавлю тебя. Но впредь не считай себя умнее всех… Выведите его из дворца вместе с африканкой, — приказал страже Мукеш, — и пусть караван из «Поднебесной» сопроводят до границы с Пенджабом под усиленной охраной. Африканке связать руки и ноги, чтобы не сбежала, и еще…, купец, я дам тебе бесценный совет: подари черную бестию султану Гури, и попроси подсыпать ему яду…
Стражники дружно засмеялись. Поняв, что опасность миновала, вспотевший от страха купец облегченно вздохнул, одернул полу халата, подобрал туфель, заколку и, будто ужаленный в мягкое место, выскочил из зала под звонкий гогот раджпутов.
— Мечтаю, что все будущие инциденты будут такими же мелкими, как произошедшие, — сказал Мукеш супруге, — более серьезных нам не надо.
— А как же Гури?
— Гури не инцидент, а неизбежная война. Главное — хорошо подготовиться к ней.
— И все равно, я не понимаю, зачем твой дед послал нам такие испытания.
— В душе я мечтал изменить мир, тем самым дал ему предпосылку к действию — тихо ответил Мукеш, — несу ответственность за собственные помыслы.
Алина ничего не ответила. Только вздохнула…
— Сейчас я перекушу чего-нибудь, и снова поеду к оружейникам. А ты сходи в храм, только с сопровождением. Не забывай соблюдать обычаи, — попросил её Мукеш.
— Хорошо, схожу, но сам не разъезжай по улицам без охраны.
— Не переживай. Здесь меня никто не тронет. Подходы к городу, да и вся местность тщательно охраняются…
