У входа стояли стражники. Увидев мамлюков, Алинина душа ушла в пятки от страха. Но проскользнув через приоткрытую дверь и убедившись, что их с Бахадуром действительно не видят, она успокоилась и принялась разглядывать внутренний прямоугольный двор с портиком. Дворцовые постройки чем-то напоминали греческие храмы, украшенные скульптурами. Видимо, храмы существовали еще задолго до того, как эллинов выжили с насиженных земель племена диких кочевников. «А может, архитекторы самого Александра Македонского так распланировали и украсили дворец? — неожиданная догадка посетила девушку, — доподлинно известно, что его люди успели возвести здесь несколько городов…».
… Они долго блуждали по переходам полуразрушенного дворца, где вход в другое крыло был почему-то замурован. Она не стала расспрашивать Бахадура, опасаясь, что их могут услышать. Даже тихие шаги и разговоры челяди гулко отдавались эхом среди мраморных стен… Они продолжали блуждать, разглядывая лепнину и статуи, пока, наконец, не наткнулись на личные покои повелителя. Алина сразу узнала Муххамеда, лежащего на кровати. Его бледное лицо то и дело искажала гримаса боли. Он издавал жалобный стон и откидывался на подушки. От грозного вида султана осталось лишь воспоминание. «И этот человек претендовал на роль моего любовника», — невольно подумала Алина.
Зловещий одетый во все черное мужчина сидел у изголовья кровати больного. Лица его не было видно.
— Кто находится рядом с Муххамедом? — поинтересовалась Алина, — врач?
— Нет. Айшма — дэв — демон мести, ненависти и разрушения. Он устроил ему язву желудка. Вот поэтому султан и не воюет. А сегодня произошло прободение — сквозной прорыв стенки желудка с кровотечением в брюшную полость, от чего возникает перитонит.
— А где его преданный пес — Айбак?
— Вероятно, в крепости. Давай, подождем. Вдруг появится…
Они присели на мягкую софу и откинулись на шелковые подушки, в изобилии разложенные вдоль стены.
Алина наблюдала за демоном. Как только он подносил костлявые руки с длинными изогнутыми когтями к животу Муххамеда, тот морщился и издавал громкие стоны.
— Не пойму, зачем он его мучает?
— Султан отвечает перед небесами за совершенные грехи — раджпутский вардж постепенно уничтожает его при помощи демона. Нельзя владеть тем, что тебе не принадлежит по праву.
— Он при смерти?!
— Да.
… Дверь в покои султана открылась. Кутб-уд-Дин перешагнул через порог и поклонился повелителю.
— Плохо мне, Айбак, — простонал тот, — утешь меня хорошей новостью.
— Муххамед, мы обучаем новых наёмников — готовимся к походу. Скоро весь Раджастан будет нашим.
— Ты уже произносил такие слова, но проиграл последний бой.
— Я завоюю для тебя новые земли, повелитель. Если нет — казнишь меня сам.
— Мне не доставит удовольствия казнить тебя — самого преданного воина. Лучше погибни на поле боя. Узнав об этом, умру и я.
— Повелитель, ты будешь жить! — с пафосом провозгласил Айбак и поправил перстень на пальце.
Повелитель застонал и с трудом выдавил из себя слова:
— Не будь самоуверенным. Не забывай: нашей судьбой распоряжается Аллах…
Демон на время прекратил пассы — внимательно слушал разговор и скептически улыбнулся.
Неожиданно налетевший ветер ударил в резную решетку окна — предупредил о своем появлении и рванулся в комнату, обдав присутствующих мощной волной холода.
Бахадур не удержался и громко чихнул. Одна из тонких, дрожащих от колебания воздуха невидимых оболочек, разделяющих разные миры, треснула и пропустила звук. Видимо, Айшма — дэв услышал его — встал, блеснул зелеными зрачками, угрожающе оскалил зубы и направился в сторону дивана.
— Уходим. — Бахадур вскочил, провел рукой перед собой — попытался закрыть нечаянно образовавшийся проход в другое измерение, но не успел. Демон протянул руки и, видя перед собой расплывчатую тень, попытался схватить её. Бахадур увернулся, крепко взял Алину за руку и рванулся к выходу из спальни. Айшма — дэв не отставал — бежал за ними. Девушка успела мысленно возвести позади себя стеклянную стену, которая остановила демона, но только на миг. Он с разбегу стукнулся о неё лбом и пробил. Раздался треск, на мраморный пол со звоном посыпались осколки…
— Шива, Парвати, помогите! — в отчаянье крикнула Алина и через секунду услышала приближающееся грозное жужжание. Появившийся неизвестно откуда отряд пчел, возглавляемый царицей Бхаватарини, плотно облепил преследователя. Он яростно отбивался, но не тут-то было. Пчелы каждую секунду выпускали острые жала и вонзали их во все возможные места сквозь одежду демона. Тот сдался быстро — закрыл голову руками, опустился на колени и затих…
… — Госпожа! — в ту же секунду пад-мавати очутилась на скамейке возле пруда. Ямина трясла её за плечо. — Госпожа, очнитесь! Похолодало. Идемте во дворец!
Алина встала со скамейки, взяла Ямину под руку и спросила:
— Как с тобой обращается Аридева?
Девадаси встрепенулась. — Он повелел мне явиться в его покои сегодняшней ночью.
