– Их не было у нее на руке! – торжествующе подтвердила Жизель. – Не знаю почему я обратила внимание. В тот вечер я об этом даже не подумала, наверное из-за шока. А теперь вспомнила. О… – томно протянула она. – Наверное это был подарок другого мужчины, а этот китаец сорвал их и растоптал в приступе ревности.
– А когда вы уходили веселиться, часы были на руке мисс Чен?
– Эмм. Кажется, да. Да, точно. Она помогла мне застегнуть молнию на платье, и я помню, как этот металлический корпус неприятно царапнул мне шею. Лично я считаю, это очень вульгарно – когда женщина носит мужские вещи.
Лично я был сыт по горло обществом Жизель Ламонт, хотя надо признать, она в итоге очень помогла.
– Не знаю, чем бы вам может помочь Эмма… – снова завела свою шарманку миссис Плоткин, когда Жизель с явным сожалением отчалила, чтобы вернуться к работе.
– Я бы все-таки хотел побеседовать с мисс Уорик. И желательно наедине, – твердо сказал я.
– Не понимаю, зачем, – в ее голосе прозвучало усталое раздражение. – Я в курсе, что девочки постоянно нарушают правила. Которые, между прочим, были созданы для их же безопасности.
– И все-таки. Вы не могли бы попросить ее спуститься и поговорить со мной буквально десять минут. Скажите, что я сделаю все возможное, чтобы не впутывать ее в полицейское расследование. Это очень важно.
Похоже, миссис Плоткин сама была заинтригована происходящим, а, может, ей просто надоела каждодневная рутина. Все ее работницы целыми днями общались с загадочными людьми из окружающего мира, все они, может, кроме Беллы, воспринимали эту работу как временную, дающую бесплатное жилье и какой-то заработок на пути к иллюзорному блестящему будущему. В то время как у миссис Плоткин все было в прошлом.
Спустя десять минут в комнату вошла Эмма Уорик и закрыла за собой дверь. Я не сомневался, что управляющая осталась в коридоре подслушивать, но во всяком случае ее отсутствие могло позволить Эмме говорить свободно.
Вид у девушки был крайне недовольный, тем не менее, по моей персональной шкале она лидировала среди всех телефонных секретарш, оставив позади даже фарфоровую красоту Синди Чен.
Начать с того, что Эмма была рыжеволосой. Ее волосы были того удивительного красно-каштанового оттенка, которого добивались самые дорогие стилисты голливудских студий, едва войдя, она словно добавила света в тусклую темную комнату. К волосам прилагались зеленые глаза, аккуратный вздернутый носик и решительный подбородок. Ростом девушка была от силы пять футов16, но я не сомневался, что она может отшить любого громилу, который позволит себе с ней лишнего.
– Не знаю, чем могу вам помочь, мистер Стин, – сразу заявила она с порога, даже не сев в кресло. – Мы с Синди в последнее время мало общались, меня тут не было в ночь, когда ее убили. Дик, мой жених, давно уговаривает меня уволиться, но я не хочу терять жалование за две недели. Нам нужны любые деньги, чтобы внести первый взнос за квартиру.
– Сядьте, Эмма. Я знаю, что вы ходили вместе с Синди на ее первое свидание с Акселем Ферсеном.
На секунду она сжалась, но тут же природная боевитость взяла верх.
– И что? Синди боялась пойти одна. Разумная предосторожность. Я сидела в баре и следила за их столиком. Когда Синди подала мне знак, что все в порядке, я позвонила Дику, и он забрал меня. Насколько я знаю, у них с этим Акселем какое-то время все было прекрасно.
– Он похож на этот портрет?
– Это Син рисовала? – Эмма заинтересованно разглядывала рисунок. – Она была талантлива. Жаль, что я не знала, что она так здорово рисует портреты, а то бы попросила нарисовать меня. Осталась бы память. Эх. Да, похож. Красавчик, не удивительно, что она потеряла голову. Мне кажется, в жизни он был еще симпатичнее. Я их видела буквально четверть часа за столиком в ресторане, он сидел ко мне вполоборота, но у этого парня была совершенно сногсшибательная улыбка. Хотя он не совсем в моем вкусе. Немного размазня, похож на современных кинозвезд, которых можно свалить с ног стручком фасоли. Мне больше нравятся сильные мужчины. Пусть не красавчики в стодолларовом костюме, зато прямые и честные.
– Вы знали, что мистер Ферсен был клиентом вашей конторы?
Снова Эмма машинально оглянулась на дверь, потом опять перешла в нападение.
– Ну, предположим, Син мне рассказала. И что такого? Есть миллион примеров, как у человека может завязаться роман с секретаршей. Мы не люди что ли. Они начали с пары фраз, потом оба выяснили, что любят театр и все такое. Син никогда не болтала с ним часами в рабочее время. Вообще все шло к тому, что они поженятся. Я иногда закидывала удочки, чтобы нам устроить двойное свидание с нашими парнями, но Син все время отговаривалась, говорила, что никогда не знает, когда ее Аксель вновь появится в городе.
– Что она еще о нем рассказывала?
