В баре было тепло и уютно, толстые стены защищали от пронизывающего морского ветра, зато из окон открывался прекрасный вид на залив. Народу и здесь было мало. Я спокойно нашел себе отдельный столик, заказал бутылку дешевого калифорнийского шардоне и какое-то странное варево из моллюсков, больше напоминавшее жидкий цементный раствор с кусочками резиновых морепродуктов и безвкусных овощей. Сама жижа была ужасно пересолена, к тому же временами на зубах хрустели остатки раковин. Я уже стал жалеть, что отказался от рыбы и отбивных с печеным картофелем в «Прескотт Инн». Судя про мрачным лицам бармена, официантки, которая с равным успехом могла бы быть его сестрой, женой или матерью, а также трех мужчин, сидевших за стойкой, рассчитывать на дружескую беседу в этом заведении явно не приходилось.
– Я почему-то так и подумал, что найду вас здесь, – рядом со мной без приглашения плюхнулся Хопи. – То есть вначале я зашел в отель, но там лишь обедали двое коммивояжеров, а Марта с возмущением заявила, что вы хотите вкусить местных развлечений. Машина ваша стоит на улице, у Долана вас тоже не было, ну я и подумал, куда еще вы можете пойти? Все-таки я был журналистом.
– Зачем вы едите эту гадость? – спросил он, опрокидывая залпом порцию бурбона. – Все знают, что Эш не умеет готовить. Он добавляет в свою похлебку морскую воду, мол, так делали его предки. Но не все из того, что делали наши предки, было правильно, я так вам скажу.
– Можете не доедать, – предложил Хопи, глядя, как я стараюсь выловить фрагменты моллюсков и рыбы из тарелки. – Эш не обидится. Заплатили доллар за порцию, уже хорошо, а я считаю, что даже переплатили. Пошли отсюда, у меня есть предложение получше. Я нашел того, кто может вам рассказать все про Френка Андерсена.
– И кто это? – спросил я, когда мы расплатились и вышли на улицу.
– Пит Хейс. Его старый друг со школьных времен. Я встретил его сегодня с женой на улице, и они пригласили нас на воскресный обед. Белинда Хейс, кстати, прекрасно готовит. Надеюсь, вы не убили свой желудок стряпней Эша. Я потратил некоторое время, чтобы вас найти, так что мы немного опаздываем. Давайте воспользуемся моим автомобилем. Хейсы живут на противоположном конце города в доме, который достался им от родителей Белинды. Один из последних новых домов, построенных в Колдуотере еще в двадцатые.
Действительно, бунгало четы Хейс не претендовало на какой-то исторический стиль. Это был добротный прямоугольный дом, сложенный из плотных брусьев и природного камня с уютной гостиной, где к своему удивлению я обнаружил телевизор, работающий с большими помехами, в экран которого внимательно вглядывалась дама с седыми буклями.
– Мама, гости пришли, – здоровенный парень с фигурой футболиста и короткой армейской стрижкой щелкнул выключателем. – Пора к столу.
Из глубины дома были извлечены двое детей, мальчик и девочка на вид лет восьми-десяти. Белинда Хейс оказалась уютной кругленькой девушкой с ямочками на улыбчивом лице, выглядевшей моложе своих тридцати, которые я бы ей дал только судя по возрасту детей. Она беспрерывно сновала из кухни в гостиную, выгружая на стол бесконечные дымящиеся блюда. Затем последовала семейная молитва.
Правда, готовила Белинда неплохо. Жаркое с травами таяло во рту, картофельный салат был достаточно пикантным, печеные овощи не утратили сочности. В качестве единственного напитка за столом предлагалась все так же вода из источника в керамическом кувшине. Старшая миссис Хейс несколько раз принималась блеющим голосом расписывать ее целебные свойства.
Интересно, подумал я, понимают ли Хейсы, что в их случае чудодейственный родник явно не справляется с задачей? Родители Белинды, судя по всему, умерли, раз семейство теперь проживает в их доме, а мать Пита овдовела, поэтому она переехала к детям и помогает по хозяйству. Впрочем, я рано начал строить предположения. Может, Хейс-старший был раздавлен бревном, что не редкость в этих краях, или был съеден тихоокеанской акулой. А тесть с тещей купили уютный кондо в Сан-Диего.
Наконец с ужином было покончено, детей и старуху удалили в дальние комнаты, а Пит предложил расположиться на диване у камина. Он достал из буфета стаканы и бутылку джина, на что Хопи одобрительно крякнул. Я терпеть не мог джин, но согласился выпить стаканчик, чтобы переварить всю обильную пищу и остатки кислого вина из «Редута».
– Лин, кончай суетиться, потом домоешь посуду, – позвал Пит жену. – Присоединяйся к нам, я смешаю тебе коктейль с джином.
– Коктейль? В воскресенье? – испуганно спросила миссис Хейс, словно с минуту на минуту в их дом мог ворваться патруль из лиги нравственности.
