Играет зажигательная танцевальная музыка. Актеры резво танцуют рокенрол под аплодисменты зрителей. Лицо Матвея кислое, словно он пьет не вино, а уксус. Лицо Холодильника суровое и хмурое, с таким сидят на поминках боевых товарищей. Маленькое лицо изящной Маргариты, которое она изо всех сил пытается сохранить, постоянно морщится от досады, стоит ей посмотреть на меня. Лицо Ленки лоснится довольством, словно она наелась своих любимых эклеров в исполнении Павла Денисовича. Лицо Кирилла Ивановича выражает крайнюю заинтересованность происходящим, он делает вид, что погружен в спектакль, время от времени бросая на меня заинтересованный взгляд, который тут же, как ПВО, перехватывает Маргарита. Выражение лица Светланы растерянное, она постоянно отвлекается на спектакль, забывая играть в гляделки. Эх, молодежь! Через полтора часа спектакль заканчивается. Я встаю со своего места с ощущением ожога на левой щеке, будто я опрометчиво заснула на солнцепеке.
— Я не знал, что все так серьезно! — оправдывается передо мной Матвей, когда помогает мне надеть мой черный плащ с огромным капюшоном.
— О чем ты? — небрежно спрашиваю я, испытывая желание приложить к левой щеке лед. Вот разве так бывает? Разве можно обжечь взглядом?
— О Шурке и о тебе. О вас, — просто отвечает Матвей, внимательно вглядываясь в мое лицо.
— Нет никаких нас! — грубо отрезаю я, идя к выходу, не дожидаясь Ленки и Матвея, и налетаю на Кирилла Ивановича.
— Осторожно, Ниночка! — говорит он, подхватывая меня под руки. — Это я виноват — встал у вас на пути.
— Любопытно, знаете ли вы, Кирилл Иванович, у кого можно встать на пути, а у кого нет? — ленивый, равнодушный, холодный голос Холодильника контрастно обжигает меня горячим дыханием.
— Ума не приложу, что ты имеешь в виду, Сашенька! — продолжая галантно поддерживать меня, отвечает ему Кирилл Иванович.
— Так! — громкий насмешливый голос Матвея разряжает накаляющуюся обстановку. — Пока вторую даму одевал, первая сбежала. Нина! Куда же вы без меня?
Пока я придумываю версию ответа, Холодильник взглядом заставляет Кирилла Ивановича убрать от меня руки. Господи! Что он делает! Это ж так очевидно всем!
— Понравился спектакль? — интересуется Маргарита, одаривая на меня взглядом стоматолога-садиста.
— Класс! — отвечает за нас двоих Ленка, подхватив меня под руку. — Спасибо за прекрасный вечер, нам с Ниной пора!
— Почему же? Всего лишь половина девятого. Детское время! — не уходит с дороги Кирилл Иванович. — Давайте все вместе поужинаем! Я приглашаю. Светочка! Саша! Как вам моя идея?
— Папочка, я за! — радуется Светлана, целуя отца в щеку.
Холодильник молчит и смотрит на меня. Хоть топись и вешайся! А где же обещанные… сколько там сейчас? Двенадцать дней?!
— Мне рано вставать, — не соглашаюсь я. — У меня работы завтра много и начальник строгий.
При этих моих словах Холодильник хмурится и криво ухмыляется.
— А он вам поблажку даст! — уговаривает меня Кирилл Иванович, порционно добавляя злости в и без того злые глаза Маргариты. — Разрешит выйти с обеда?
— Разрешит, — хрипло, закашлявшись, отвечает на этот выпад Холодильник.
— А у меня другой хозяин с сегодняшнего дня, — возражаю я, смело глядя в глаза Холодильнику.
Он на секунду прикрывает бешеный взгляд веками, потом открывает глаза и спокойно возражает:
— Юридически пока все мое. И не только пока. Необдуманное желание Юрия Александровича еще надо претворить в жизнь. И сделать это будет не так просто, как он сегодня дал всем понять.
— Поедем, отвлечемся! — вдруг предает меня и Матвей, нахально приобняв за талию и меня, и Ленку. — Только, чур, Кирилл Иванович, на нейтралку. Не к вам, и не ко мне!
Светлана виснет на руке Холодильника, которая, естественно, в ответ на объятия Матвея сжалась в кулак. Доверяет он другу, как самому себе… Рассказывай сказки!
— Что значит на нейтралку? — спрашивает Матвея и одновременно умоляет меня щенячьим взглядом согласиться Ленка.
— Это значит, что не только у Кирилла Ивановича есть ресторанный бизнес, — шепчет нам Матвей. — Но и у меня. Раньше он был совместным с Шуркой, потом я отделился. А Шурка ресторатор был так себе…
Холодильник никак не реагирует на слова Матвея, хотя прекрасно их слышит.
— Когда я еще в такую компанию попаду? — шепчет мне на ухо Ленка, оторвав от Матвея и утаскивая в сторону. — Трудно поужинать с подругой?
— С подругой нетрудно, — огрызаюсь я. — Со всеми остальными…
— Не будь страусом, Нинка! — взывает ко мне Ленка. — Во-первых, тебе Марго успокоить надо, она от ревности тебя скоро покусает. Убеди ее, что Кирилл Иванович тебе не нужен. Во-вторых, мне кажется, я чуть-чуть заинтересовала Матвея. Дай хотя бы попробовать. В-третьих, про Татьяну и Машу в неформальной обстановке что-нибудь выяснишь у Холодильника.
— Хорошо, — сдаюсь я. — Уговорила.
"Нейтральный" ресторан "София" полон, но для нас находится зарезервированное место — столик на семерых. Поприветствовать гостей выходит сам хозяин, невысокий лысеющий мужчина, которого обнимает Кирилл Иванович, называя Митенькой.
