— Завивай пока локоны плойкой! — командует Ленка. — Я тебе потом все вверх подниму, чтобы шея голой была.
Свои светлые волосы Ленки наоборот выпрямляет и красиво укладывает на спину и плечи.
Встречающий нас Матвей поднимает вверх большие пальцы.
— Удивлен! Восхищен! Сражен!
В фойе мюзик-холла нас неожиданно окликает Кирилл Иванович. Его сопровождает невысокая изящная молодая женщина в красивом красном платье, так идущем к ее черным вороным волосам, распущенным по открытым плечам.
— Добрый вечер, дамы! — Кирилл Иванович церемонно целует нам с Ленкой руки. — Привет, Матвей! Рад тебя видеть. Позвольте представить вам мою спутницу. Это Маргарита, актриса мюзик-холла.
— Приятно познакомиться! — теперь целованием рук занялся Матвей. — Маргарита, вы не заняты в сегодняшнем спектакле?
— В "Первом свидании"? Нет, — улыбается Маргарита, обнажая белоснежный ряд маленьких зубов.
— Будет интересно? — спрашивает Кирилл Иванович Маргариту, посмотрев на меня с восхищением и сожалением одновременно. Мы не виделись почти два месяца, с того самого обеда в ресторане "Сольди".
— Весьма! — убеждает нас Маргарита. — Ее тянет к плохим парням. Он работает на Уолл-Стрит, и его бросила невеста прямо у алтаря. Они отчаялись устроить свою личную жизнь. А друзья и родственники устраивают им свидание вслепую в танцевальном баре.
— Мне уже нравится! — уверенно заявляет Ленка, взяв под руку Матвея.
Маргарита неожиданно для ее маленьких размеров смеется низким грудным смехом:
— Это мюзикл. Неловкие паузы, глупые шутки, забавные совпадения, неожиданные признания. И, конечно, танцы!
Нас провожают к столику на троих. Справа за столиком на двоих располагаются Кирилл Иванович и Маргарита. Столик слева пока пуст.
Оглядываюсь по сторонам и хвалю себя за то, что согласилась пойти. Я давно не была в театре и успела соскучиться по этой уникальной атмосфере. Тихо, фоном звучит блюз, который вживую исполняют музыканты. Зрители постепенно рассаживаются за столики. Столик слева долго не занимают, и мы с Ленкой начинаем гадать, кто сюда сядет.
— Спорим на бутылку! — смеется Ленка. — Это будет кто-то известный. Актер или политик. Такие всегда опаздывают.
— А я ставлю на влюбленную пару! — спорю я с подругой. — Она опаздывает, а он ее ждет. Причем обязательно молодые!
Официант разливает в наши бокалы игристое и ставит фруктовую и сырную тарелки. За пару минут до начала спектакля за столик слева садятся… Светлана и Холодильник.
— Ты знал! — разозленной гусыней злобно шиплю я на Матвея, автоматически переходя на "ты". — Мог бы и предупредить!
— Я не знал! — честно врет Матвей, состряпав искренний взгляд. — Я вообще билеты за сутки менял. Я же брал два сначала, потом добирал для Елены Прекрасной. Или твоя лучшая подруга тоже в сговоре со мной?
— Эта? — киваю я в сторону ошарашенной Ленки. — Эта может все!
— Я? Да! — радостно соглашается с моим приговором Ленка. — Но сейчас ни сном ни духом!
— Шурка просто за тобой следит, — криво усмехается Матвей. — Или за мной. Но по одной причине.
— Это по какой? — подозрительно спрашиваю я, стараясь не смотреть налево.
— Отгадай! — Матвей салютует другу бокалом вина и приветственно кивает Светлане. Спектакль начинается неожиданно. Я вздрагиваю, услышав первую реплику актеров. Через полчаса понимаю, что в восторге от задумки режиссера. Ощущать себя присутствующим в нью-йоркском баре очень оригинально. Музыка легкая и жизнерадостная.
Только усилием воли держу голову так, чтобы она не повернулась налево. Но не выдерживаю. Только краем глаза гляну — и все! Слегка повернув голову, буквально натыкаюсь на глаза Холодильника, темно-вишневые в красно-желтой театральной подсветке. Он смотрит на меня, не отрываясь и не моргая. Видимо, все это время смотрит. Светлана блуждает взглядом по сторонам и натянуто улыбается мне, встретившись взглядом. Слегка склоняю в ответ голову. И нарочно смотрю вправо. Меня сносит волной жесткого взгляда Маргариты, даже мурашки бегут по телу. Ей- то я что сделала? Неожиданная агрессия Маргариты заставляет меня резко отвернуться влево, и я снова попадаю под мощное, почти магнетическое влияние взгляда Холодильника.
— Игра в гляделки! Прикольно! — издевается надо мной Ленка, наклонившись поближе. — У тебя еще ничего не расплавилось? Марго тебя сейчас сожжет цыганским взглядом и добьет заговором. Это тебе за Кирилла Ивановича, видимо. Глотнув игристого, снова поднимаю глаза на Холодильника. Он смотрит, как и смотрел. Ничто и никто в зале, кроме меня, его не интересует. Гордо отворачиваюсь и весь следующий час чувствую, как горит под его вишневым взглядом моя левая щека. Господи! Какая страсть! Ленка права. За такой взгляд женщина может многое отдать. И я бы отдала, если бы сейчас, на спектакле, это был взгляд незнакомого, вдруг влюбившегося в меня мужчины.
— О! Да тут все крайне запущено! — горько смеется Матвей.
