— О, они определенно трахаются, — согласился Мак, одарив Вика оценивающим взглядом, а затем перевел глаза на меня, как бы говоря:
— Оу, бедный малыш, — пробормотал Вик, закурив очередную сигарету. — Итак, он одновременно сломлен и отшит, да? Думаешь, он согласится встретиться с нами, даже когда есть риск «Банды грандиозных убийств»?
— Он согласится, — сказал Дэвд, скептически посмотрев на меня, словно гадал, какого черта я затеяла с этой группой. Или, возможно, он думал, почему вообще согласился переспать со мной, учитывая, что глубоко в сердце я всегда была девушкой Хавок. — Ему слишком сильно нужны деньги, чтобы отказаться.
Виктор снова кивнул, а затем достал из кармана карточку, которую протянул Дэвиду.
— Он встретится с нами здесь, иначе сделки не будет. Еще у него фора в три минуты, чтобы появиться. Если опоздает, мы убьем его. Понятно?
Дэвид кивнул в ответ на грубые слова Вика, прижав свое тело к стене, пока Мак поглаживал его руку в знак солидарности.
— Мальчики, — сказал Вик, кивая головой в сторону Тринити. — Женушка? — Вик предложил мне свою руку, и я приняла ее, позволив ему увезти меня от Дэвида и Мака в сторону его фальшивой невесты — место, которое раньше занимала я до того, как стать его женой.
Но Тринити и близко не стояла к тому, что я значила для Виктора. Самое максимальное прикосновение, которая она от него получит, будет, если он обхватит руками ее горло.
Тринити не сдвинулась с места, наблюдая за нами из-под безлистных ветвей клена, ее руки скрещены над курткой, а золотистые волосы развеваются на ветру. Мы с Виктором подошли к ней вместе как пара. Как всегда и должно было быть. Ее глаза заметили кольцо на моем пальце.
— Что ж, видимо, ты достаточно глуп, чтобы отказаться от предложения твоей матери.
— Послушай, сука, — начала я, размахивая руками прямо у ворот, когда Виктор рассмеялся рядом со мной, его смех был низким, чувственным и темным. — Мы знаем про тебя и Джеймса. А именно, о том факте, что ты и Джеймс наполовину брат и сестра по линии Максвелла Баррассо. О, и том факте, что ваше общее родство не помешало тебе объезжать его член.
Тринити посмотрела на меня, сохраняя это свое неописуемое спокойствие. Как сказал Вик, она выглядела довольно потрясенной смертью Джеймса. Вы бы никогда не сказали так, глядя на нее сейчас.
— О чем ты? — спросила она, слегка отклоняясь назад, чтобы посмотреть на меня с усмешкой на губах. Словно…Тринити была Кали без гнили, но с дополнительной порцией самодовольного превосходства. Но, хоть у Кали была гнилая душа, у нее она хотя бы была. Вполне уверена, что Тринити Джейд внутри были пустой безделушкой. — Почему вы вообще здесь?
— Пришли зачисляться, конечно же, — сказал Виктор, и я задрожала от удовольствия, когда лицо Тринити побледнело, стало пепельным под слоем макияжа, который она нанесла на свое кукольное личико. — О? Ты кажешься шокированной, — продолжал он, протянув палец к ее галстуку.
В его движении была жестокость, она доходила до его взгляда, который я никогда не видела, был направлен на меня. Это взгляд, который обещал, что Вик, задушивший Логана Картера до смерти в коридорах школы Прескотт, все еще существовал.
Виктор Ченнинг очень опасен.
Я потянулась и взяла его под руку, а он ухмыльнулся, выпрямляясь и пожимая своими большими плечами. Мастер контроля.
— Оак-Вэлли открывает дюжину мест для студентов из школы Прескотт в знак солидарности — дюжину мест со
— Вы умрете раньше, чем ступить за порог первого урока, — невозмутимо сказала Тринити, не утруждаясь скрыть угрозу в ее словах. — Максвелл проследит за этим, после того, что вы сделали с Джеймсом.
Ее лицо треснуло на короткое мгновение, и я улыбнулась. Интересно, хотела бы она знать, как ее брат встретил свой конец? На полу моей дешевой, грязной школы с камнем в голове. Без глаз. И в крови. Столько много крови.
— Нет, — сказал Вик, смеясь и качая головой, когда ветка дерева над головой Тринити хрустнула и она подняла взгляд, чтобы увидеть Кэла, сидевшего на ней и уставившегося на нее. Виктор сделал еще один шаг вперед, хватая кончик галстука Тринити и скрутив его вокруг ее шеи, как петлю. Он потянул за кончик и ухмыльнулся. — Потому что ты пойдешь к Офелии и скажешь, что наше предложение в силе. Мы заставим твоего дедушку-судью пообещать, что аннуляция завершена.
— Я не боюсь вас, — возразила она, ее глаза пылали.
