— Подруга, в любое время, — взгляд Веры устремился мимо меня в сторону ожидающего скопища парней, и уголок ее накрашенного рта приподнялся в уголочке. — Тебе понадобится поговорить с кем-то, у кого есть вагина, после того, как ты потонула под всеми этим членами, — она поцеловала меня в окровавленную щеку, а затем убежала в темноту, чтобы наши преследователи не заметили ее, если они вдруг подъедут.
— Время валить нахрен отсюда, — пробормотала я, на моих губах расцвела легкая улыбка.
Мы залезли в свои машины и поехали, направляясь обратно на загруженную улицу Уэст Бернсайд в направлении автомагистрали. На этот раз Аарон был за рулем, чтобы я могла открыть спортивную сумку от Веры.
Сначала я сбросила парик, схватив упаковку влажных салфеток с ароматом лаванды, чтобы стереть с лица брызги крови. Затем с заднего сидения очень быстро взяла оверсайз толстовку со скелетом, в которой была, когда мы изначально вышли из дома. Как только я надела ее, то нажала на кнопку, которая спускала крышу машину.
Пока она складывалась с механическим мурлыканьем, я чувствовала, как по моему горлу пополз свежей ночной воздух. Когда я засмеялась, то, клянусь, почувствовала вкус звезд.
Находясь в километре от «Кайз», мы проехали мимо темно-бордовой Субару. На мгновение мне показалось, что время замедлило ход, и я обернулась, встречаясь взглядом с Сарой Янг, прежде чем ее машина продолжила поездку к клубу, а наша — к Спрингфилду и маленькому грязному району, в котором размножилась стая диких собак.
Прокричи Хавок, детка.
* * *
В «У Уэсли» было людно, как всегда в пятницу вечером. Винтажные машины заполняли скошенные парковочные места, у которых останавливались сотрудники на роликах, цепляя металлические подносы к наполовину опущенным окнам. Всюду скрипели и раскачивались машины, пока приезжие подростки трахались в танце, старом как мир.
Я сидела на капоте бело-розового Кадиллака, который собрал для меня мой парень, и облизывала рожок клубничного мороженого так, что все пятеро опасных мужчин, которых я называю своими мальчиками, смотрели на меня, как волки на овечку.
Дело в том, что я предупреждала их раньше:
Так что, если мы продолжаем отсылку к псам войны или волчьей стае, тогда, полагаю, я — рычащий пес, с чьей пасти вытекала пена, простите,
Бедный мистер Дарквуд.
Согласно слухам Прескотта, циркулирующим в социальных сетях, он жив, но в критичном состоянии. Как бы мы не соглашались в выборе определенного слова, я правда надеялась, что он выкарабкается. Не его вина, что он — бумер, который не знает, как пользоваться Google.
Из колонок играла песня Конни Фрэнсис —
— Команда Картера и впрямь изрядно потрепали это место, да? — спросил Хаэль, насвистывая, когда она наклонился назад и посмотрел вверх на испорченный знак рядом с въездом на парковку.
Он был примерно тринадцать метров высотой и в большинстве ночей горел огнями, чтобы зазывать посетителей на стоянку с едой на вынос. Сейчас, может, и темно, но с почти полной луной, мерцающей над нами, я видела треснутую и испорченную поверхность, исписанную граффити.
Сейчас там красовалось силуэтное лицо клоуна, но это не страшно. Мы взяли с собой немного баллончиков краски.
На другом конце парковки Сара и Константин сидели в своей машине, наблюдая за нами. Саре не понравилось то, что мы сделали сегодня вечером, потому что она знала, что это было как-то связано с «Бандой грандиозных убийств». Дело в том, что, как бы сильно она не старалась узнать, у нее никогда не получится. Я сомневаюсь, что она вообще, даже в самых смелых местах, думала, что я выстрелила Мейсону в голову.
А еще, тот пропущенный звонок в клубе? Это была Сара. Я позвонила ей на обратном пути, но мое объяснение нашей короткой поездки в Портленд, казалось, ее не устроило.
— А можно просто не есть мороженое? — спросил Аарон, смотря на меня, словно он был очень заинтересован в том, чтобы воссоздать наше посещение стоянки с едой на вынос, когда мы трахались на заднем сидении Бронко и он шлепал меня по заднице. — Точнее, не облизывать его вот так?
