Вскоре голоса смолкают, поглощённые темнотой бездны, дабы их сменили новые “герои” нашего времени, готовые охотно перехватить знамя мирового бардака и разрухи. Очередные жертвы маршируют гибельной тропой своих предшественников, горькая смерть которых, увы не учит и не останавливает приемников бунтарских традиций, а даже напротив! ложно утешает их, заставляя практиковать самовнушение: “Мы лучше!” “Мы умнее!” “Нас это не коснется!”
Фанатизм обманутых, слепая преданность лидеру и наивные мечты – предсказуемая ставка новых вождей. В мышлении манипулятора, орудие (толпа) должна слышать желаемое, рисуя в воображении новую парадигму: основанную на справедливости среди представителей разных сословия и народа, достатке, благополучии, сытой, а главное мирной жизни! “Где общество объединено идеалами созидания и находится в центре мироздания.” Представители “новой” власти, один за другим придумывают разные формы правления, ограничивая либо и вовсе лишая народ оставшихся прав и свобод.
Мир не изменился, власть начавшаяся с обмана, не чего кроме лжи предложить не сможет, в то время как поколения великого множества, будут сменять друг друга, уходя в мир иной, под траурные фанфары, и на месте прошлого триумфа все отчётливей звучит громогласный “хор” черной стаи… воронье – вы глашатае мрачных перемен? или вестники смерти… грядущей по пятам, в след за нами?
Восход: Для многих это время ассоциируется с летним солнцем. Проблеском ярких лучей, едва осветившим долину, и не успевших обогреть ее как следует. Тусклый небосклон, багровеющий от утреннего зарева, медленно расцветает, уподобляясь бутону цветка, окружённому чутким вниманием и любящей заботой. Свет рассеивает отступающую тьму на окраине границ: зеленых лугов, золотых полей ржи и лесных угодий – последнего “пристанища” для всякой тени, бегущей прочь от яркого, небесного светила. Пламя прогоняющее ночью дремоту, низвергающее мрак в небытие пустоты, яро осыпает холодный лик земли, множеством ласковых поцелуев, пока горемычный бедняк ловит себя на мысли о скоротечности “личного восхода” и мимолётности прожитых лет, упущенных на выживание тела, в ущерб развитию души.
Изможденное тоской сердце, больно сжимается в груди, при мысли о грядущем закате жизни. Всякая печаль, как радость в противовес друг другу, были и остаются многогранными.
Подводя итоги хорошему и плохому, значимым и бесполезным событиям, разумно оценивать все произошедшее целиком. Избегая участи быть затянутым в омут неблагодарных разбирательств, задаваясь наивными вопросами когда? и самое важное где? была допущена роковая оплошность – положившая начало далеко идущим последствиям. Торжеству яростной стихии, подобной вихрю ураганной силы, сметающему все на своем пути, включая привычный уклад жизни, обрекая некогда свободного потомка, продать свою волю за сытое рабство.
Равнодушный к чужим страданьям мир, слеп и глух, он быстро меняется, дабы вчерашние общины стали народами, способными привнести новый уклад жизни, обогатив единое наследие.
Вслед за растущим обществом, возводятся новые поселки, величественные города с множеством аккуратных домов, выстроенных рядами, точно перед парадом, разделённых на кварталы вереницей белокаменных улиц и садовых бульваров, ухоженных цветников утопающих в красочных соцветиях, на фоне пылкого багрянца, игривого жемчуга, и бежевой легкости, цветущих яблонь, веющих сладким ароматом.
Весенние грезы, в преддверии летней поры, будят нежные чувства, своим неспешным торжеством и очарованием, они словно бросают вызов всему миру! Призывая его замедлить буйный бег, дабы каждый из ныне живущих, мог вдоволь насладится торжеством гармонии.
Не успевая в полной мере оценить красоты, вновь упущенной весны, образованная молодежь с умным видом рассказывает своим родным из глубинки о торжестве просвещения, над сельской простотой мышления, желая выручить очередную помощь из родительских карманов, прикрывая студенческие “слабости” новым благовидным предлогом, чаще всего выдуманным на ходу, снова и снова опустошая семейную казну до последней “Меры”. Получив желаемое, расточительная молодежь спешит покинуть отчий дом, желая поскорее окунуться в Столичную роскошь, одна мысль о беззаботной жизни, с дармовыми мерилами в кармане, да в компании друзей и подруг, заставляет великовозрастных бездельников лететь к белым башням как на праздник, пока не наступил очередной учебный год.
(Мерила – именуемые в простонародье коротко – мера, во множественном числе “меры” – это тэлаинская единица аргентума, которую чеканили в виде небольшого слитка. Размер такой “монеты” не превышал по своей длине и толщине указательного пальца.)
С открытием аргентума и последующей его добычей, многое в цивилизации переменилось, так рост благосостояния – стал во главе угла, а малый достаток – поводом для насмешек, со стороны “друзей” и знакомых, кичащихся своими успехами и достижениями друг перед другом.
