— Он же не понимает по-английски, — объяснил мне Эндрю.
Кто у нас Капитан Очевидность? Эндрю Додсон у нас Капитан Очевидность. Понятно, что не понимает. Но я же тупой гринго.
— У-бор-на-я, — повторил я медленно. — Ту-а-лет. Бэно, — наконец я сказал знакомое колумбийцу слово.
Гостеприимный хозяин ткнул пальцем внутрь. Дескать, тут вам и стол, и дом, и уборная. Похоже, действительно, строение не для дорогих гостей.
— Мне… — я скосплеил стеснительность Додсона, — мне… кага [3]. Там… — я показал себе за спину, в хижину, — девушка. Чика. Пор фавор.
«Пожалуйста».
Не знаю, что на козловатого подействовало в большей степени: мои познания в испанском или нежелание вычищать за нами авгиевы конюшни. Но он отошел, пропуская меня наружу. Cтарательно запер дверь и по доброй традиции ткнул стволом, куда идти. Я пошел. Вид хибар с задней стороны слабо отличался от вида спереди. Только за жилищем предводителя, в котором потерялся звездный футболист Тавиньо, виднелся побитый жизнью и жаркими стычками внедорожник с открытым верхом. Охраны рядом не было. Мой сопровождающий немного прошел в лес и остановился, cвесив руки на автомат. Я-то уже назад собрался. Я увидел достаточно.
А он-то нет.
Мы оба отправились в это опасное путешествие, чтобы посмотреть. Я — возможности для побега. Он — как там всё устроено у тупых гринго. Имеются ли тестикулы, или это сугубо колумбийское изобретение, и они встречаются только у настоящих колумбийских парней. Штангенциркулем замерить остальное. Конечно, он не знает такого слова. Но как его использовать, нашел бы. Не факт, что по назначению.
И тут я в полной мере осознал, почему бежать нам нужно, как можно быстрее. Потому что сложно даже предположить, через что придется пройти Келли в аналогичной ситуации.
Я быстро справился со своими делами в усеченной версии и направился в дом. Буквально минут через пять там появилась Ферран. Он был сытый и довольный.
— Дело дрянь, — заявил он. — Нужно бежать.
[1] — Очередная английская сказка, аналог русской народной "Волк и семеро козлят". Называется "Волк и три котенка". Мама Кошка уходит по делам и велит своим котятам не пускать злого Волка в дом. В итоге волк, испачкав лапы мукой и наевшись сахару, чтобы голос был слаще, уговаривает котят, что он — мама, и его впускают в дом. Котята забираются в недоступные для волка места, и он, несолоно хлебавши, да и вообще, голодный и злой, уходит восвояси. В общем, котята — западного типа герои, — справляются с проблемой самостоятельно, без помощи мамы- козы. Поют обидные песенки и издеваются над пожилым хищником. Волк, кстати, тоже без помощи кузнеца обходится. Тоже западный тип. Короче, не сказка, а "Один дома — 0".
[2] Выражение "не давай папайю" действительно очень распространено в Колумбии. Решил прогуляться ночью по Боготе и тебя ограбили? А не давай папайю. Происхождение выражения неизвестно. Возможно, восходит к какому-то местному анекдоту или другому элементу фольклора. Мало ли в русском языке выражений, смысл которых иностранцам вне культурного кода не понять? Логически его объясняют тем, что папайя — совершенно незащищенный фрукт. Ни кожуры, ни косточки. Весь такой нежный, прямо бери и режь с размаху.)
[3] Значение слова созвучно русскому.))
41. Брайан
Неожиданное решение. Для человека, расцелованного в попу местным крестным отцом. Впрочем, экстерьерное радушие у колумбийцев в крови. Они никогда не обидят словом. Им легче молча зарезать. Хамоватое поведение Отавиу в начале нашего путешествия по сельве было скорее исключением из правил. Да и грубил он в основном Эндрю. В Колумбии традиционно не любят штатовцев. Плюс стресс от крушения. А так-то он вел себя вполне дружелюбно. Что не помешало ему прижать девчонку при первой же возможности.
— Тебе-то зачем бежать? — разделила мои сомнения Келли.
Снаружи стремительно темнело, и два небольших оконца давали совсем мало света, потому выражение ее лица я скорее угадывал, чем видел.
— Ну, как?.. — растерялся колумбиец. — Ну… Мы же вместе… Прошли…
— То есть, ты не хочешь бросить нас беде? — радостно констатировал Додсон, будто учитель, у которого двоечник в кои-то веки ответил на три. — А что они планируют нами сделать? — поинтересовался наивный, но любопытный американец. С бедной фантазией.
— Эндрю, это же дикие люди, — сообщил Ферран таким тоном, будто не он два дня назад пытался изнасиловать Келли, а какой-то совершенно чужой «дикий человек». — У них баба раз месяц бывает, когда они в деревню побу… отдохнуть [1], - быстро поправился он, — выезжают. Им любая свежая задница покажется привлекательной, — закончил он в мою сторону.
Мне вот про «любую свежую задницу» не понравилось. Совсем. Про мою альма-матер разное говорят. Недаром Келли по этому поводу проходилась. И всякое там бывало. И не только в Итоне, но и позже, в Школе экономики [2]. Но я не сторонник этих братских игр. Тем более подставляться упоротым колумбийцам, которые непонятно где побывали до меня… Нет, знаете, я категорически против.
