А то непонятно, ради кого я так вырядилась. Конечно, схожу.
— Если ты обещаешь не распускать руки, — строго предупредила я.
— Обещаю, — с готовностью кивнул Уэйд, убирая руки за спину, якобы, демонстрируя послушание. А на самом деле — и наверняка, чтобы скрестить указательный и средний палец. — Ну, может, чуть-чуть… Самую малость… — он состряпал умилительную физиономию. — Можно?
— Если самую малость, то можно, — проявила я щедрость. Иначе это же настоящее издевательство выйдет: сидеть рядом с ним и не касаться.
Мы не стали выбираться на ветреную улицу и решили поужинать в патио, мягко освещенном пламенем свечей. Колумбийская кухня хороша свежими морепродуктами. По ним я и ударила нынче вечером. Брайан повторил мой заказ. А это был вовсе не намек. Просто захотелось омаров. И устриц немного. И не надо так на меня смотреть. Пристально.
Мы помянули папу. Мне показалось, что Брайан был искренен в своей скорби. Похоже, отец действительно оставил в душе Уэйда глубокий след. Сегодня британец не пытался меня очаровывать. Но от этого выглядел только привлекательней.
Десерт подходил к концу, и романтический флер вечера качался на огненных лепестках цветов и растекался по двору медовым ароматом.
В разговоре сама собой образовалась пауза.
Почему-то чем дольше она висела, тем трагичнее ощущалась.
— Келли, мне очень жаль, — нарушил молчание Брай, и на его лице мелькнуло выражение вины.
Мое сердце пропустило пару ударов.
— Мы не сможем выйти завтра, как планировали. Я подал заявление в полицию о происшествии в самолете, и, — он взглянул на часы, — полтора часа назад мне позвонили и попросили подъехать в Тунху для уточнения деталей.
Сердце забилось снова. Возмущенно. Разве можно так человека пугать? Я тут успела понапридумывать себе черт-те чего. Еще даже не знаю, чего, но уже чуть не умерла от ужаса.
— Самолет не нашли, — продолжал оправдываться Уэйд. — Меня попросили помочь с определением примерного места падения. Если хочешь, мы можем поехать вместе. Ты можешь погулять, пока я буду занят. А потом мы можем куда-нибудь сходить, — он протянул руку через стол и сжал мои пальцы. — Вдвоем.
И виновато улыбнулся.
Ну да. Долг превыше всего. Кто спасет мир, если не я. Всё такое. Нет, сэр Брайан Уэйд, мы пока не дошли той степени близости, когда я буду готова сидеть возле входа, сложив вокруг задних лап хвостик колечком, и, поскуливая, ждать хозяина. Поскольку внутрь меня никто не зовет. Конечно, разве я могу помочь в определении места крушения?
— Спасибо за предложение, но я лучше здесь останусь, — призналась я.
— Жаль. Я надеялся… — в голосе Брайана слышалась почти просьба.
Эка его прошибло-то! Практически человеком из козленочка стал [2].
Но никуда ехать не хотелось. Хотелось просто отдохнуть. Денек провести спокойно, без потрясений, раз уж выпала такая возможность.
— С другой стороны, — тут же нашелся британец, — еще один день со всеми удобствами — это тоже хорошо. Поужинаем где-нибудь в красивом месте, погуляем. На этот раз я буду вести себя прилично, — скороговоркой пообещал он и приложил руку к сердцу.
В душе защемило от непонятной нежности, и я помотала головой.
Это мне снится. Это всё мне снится. Я проснусь дома, в своей съемной квартире на улице, где четыреста лет назад жили знаменитые мушкетеры папаши-Дюма, и всё будет, как раньше. Никаких надежд, никаких тревог, никакой тоски о несбыточном. Поскорей бы.
Мы еще немного посидели за столом за бокалом шабли. Разговор не вязался. Наверное, потому что Брай целовал мою ладонь, нежно поглаживая запястье. Вино кружило голову, усиливая нереальность происходящего.
А потом мы поднялись на второй этаж.
— Прости меня, пожалуйста, — негромко сказал Брайан у моих дверей. — Я вел себя, как последняя скотина. И… — он выдохнул, стискивая мои пальцы. — Просто прости.
Легкий поцелуй обжег мои губы.
Уэйд прижался лбом к моему, и я слышала его тяжелое дыхание. Ощущала жар его тела. Запах его туалетной воды с дикой кедрово-лесной нотой, смешанной с запахом виноградного вина.
Силы стремительно оставляли меня.
— Спокойной ночи, — он потерся кончиком своего носа о мой.
И улыбнулся.
Я что-то невнятно мяукнула и вошла в номер. Сопротивляться, когда никто не напирает, было… нереально. Я снова сползла по двери. Руки тряслись от избытка эмоций. «Важно, чтобы сбылись твои мечты. Твои желания. Настоящие, а не наносные. Принимай решения сердцем, а не разумом». Наверное, папа прав. Разумеется, Брайан не останется со мной. Ему нужно спасать мир. Зарабатывать очередной миллион на новый пёрде. Торопиться в оперу на премьеру. Мало ли важных дел у виконта Эшфорта? Но здесь и сейчас я могу быть счастлива рядом с ним. Думаю, папа, это самый щедрый твой прощальный подарок.
Я почистила зубы, поправила косметику, закрыла за собой, занесла руку, чтобы постучать к своему благородному соседу…
