Трофеи берсерков полностью

— Я в этом уже не уверен, — впервые за весь день Денис соизволил открыть рот и заговорить.

Борис свернул в незаметный с первого взгляда проем в массиве скалы, за ним последовали и остальные. Тусклый свет проникал сюда только через щель входа, дальше, чем на расстояние вытянутой руки, — чернота. В пещере пахло сырым мхом и камнем, было ощутимо холоднее, чем снаружи. В тишине, наполненной беззвучным дыханием, гулко капала вода. И почему-то Аде казалось, что дыханий в темноте больше восьми. Неслышное и невидимое, чужое присутствие заставило все волоски на теле встать дыбом.

А потом зажегся огонь — три факела под каменными сводами в разных концах пещеры. И Ада оцепенела окончательно. Впрочем, не только она. Несса, Ханна, да и волчицы выглядели не лучше.

— Вы что, всем отрядом приперлись? — спросил Денис вместо приветствия.

— Ну а как же, встречать вас.

— Нет, Берт и Ян остались наверху, — раздались одновременно два ответа, насмешливый и язвительный.

Однако радостные оскалы предназначались явно не троим вернувшимся на родную заставу друзьям. Братьям по оружию так не улыбаются и с подобным интересом не разглядывают — чревато опасными недоразумениями. Десять пар глаз не отрывались от трофейных самок.

Разношерстная компания. Тени от факелов плясали на выразительных лицах. Если бы девушки не привыкли за дни пути находиться рядом с берами, то подавляющая, устрашающая сила берсерков ввергла бы в панику. Как в минуты смертельной опасности поставила бы перед выбором — бежать или сражаться.

Сейчас же они просто по привычке последовали за своими провожатыми-охранниками вглубь тоннеля. Встречающие расступались, ухмылялись, не сдерживали низких раскатистых голосов, расспрашивали, шутили, хлопали Велислава с Борисом по плечам. От Дениса отстали после одного тихого, но достаточно доходчивого рыка.

Ада обняла себя руками за плечи: из-за сырости и сквозьняка ее начинало потряхивать. Конечно, из-за холода. Нависающие со всех сторон каменные стены и берсерки совсем не при чем.

По ее руке, от плеча до локтя, прошлась теплая ладонь. Ада от неожиданности подпрыгнула на месте и нервно повернулась. Разноцветные глаза взяли в плен испуганные зеленые.

Денис выругался про себя. Ида его боится, все еще вздрагивает от любого прикосновения, дрожит и отводит глаза. Он хотел ее согреть, вместо этого еще больше напугал. Чертов идиот. Он на пределе.

— Возьми, не мерзни. Скоро придем в главную пещеру, там теплее, — с другой стороны к Аде приблизился коренастый и широкоплечий бер и протянул мягкую меховую куртку.

Ада машинально приняла и завернулась в нее.

— Спасибо.

— Меня Миша зовут, — его губы сразу же растянулись в симпатичную улыбку. Ямки на чисто выбритых щеках придавали невинный, чуть детский вид, а светлые кудри усиливали сходство с небесным созданием.

— Отвали, потом знакомиться будете, — прервал Ден любезности.

Ада снова вздрогнула от рыка над ухом. Слева от нее шел новый знакомый, справа — разозленный чем-то Денис. Сзади кто-то дышал в затылок, и спереди — толпа незнакомых, устрашающих, галдящих берсерков.

Они с лисичками определенно поторопились с решением экономить серый порошочек. Несмотря на тепло меха, мурашки бегали по спине, а волосы на голове шевелились от осознания своей полной зависимости от провожатых. Ей даже защититься нечем, если случится непредвиденное, но вполне вероятное.

Смотреть в пол, молчать, внимательно изучать обстановку и прислушиваться к разговорам. И держать прямо спину, уверенно и неприступно. Старые привычки не пропадают так просто, но следовать им в теперешних условиях все тяжелее и тяжелее. Они не совместимы с желанием нравиться.

Лабиринт коридоров привел в большую и высокую пещеру. Белый дневной свет освещал пространство через широкий проем в противоположной от входа стене. Серо-коричневый камень окружал со всех сторон, отсутствие какой бы то ни было растительности и переизбыток сильных самцов и оружия создавали исключительную атмосферу. Она напомнила Аде один из ее кошмаров, в котором она не могла найти выхода из похожей пещеры. Не находила, потому что выхода не было.

Целеустремленно протискивалась между бугаями-берами к Ханне. Подругу можно взять за руку, почувствовать поддержку, хоть какую-то. Она сейчас Аде ой как нужна.

Но, продвигаясь, не забывала чутко слушать многоголосый разговор, пытаясь выхватить из моря шуток и вопросов об обеде важные для себя сведения. А именно, — когда их отсюда уведут. Куда — неважно. Лишь бы вокруг оказалось побольше женщин и меньше воинов.

Словно в ответ на ее мысли один из воинов спросил, обращаясь к Борису:

— Когда двинетесь в Йонви?

Тот не успел ответить, вместо него принял решение Денис.

— После обеда.

Ада ни в жизни бы не осмелилась возражать, да и этот план вполне соответствовал ее желанию. Но остальных берсерков суровый тон не остановил.

— Да ты что?! Посмотри на них, они устали, ноги еле переставляют, — возразили Дену.

— Керт прав, — вмешался Борис. — Будет лучше, если мы здесь переночуем и отдохнем. Переход дался нелегко, и впереди сложный отрезок.