— Так вот, если только я заподозрю, что… вы все немедленно будете казнены, понял? И своим людям это объясни.
— Не будет этого, церин, — ответил Ратмир.
— Для тебя я повелитель или император! — возмутился дракон. — Ты понял, русин?
— Да, император, — выдавил глухо Ратмир, еле выговаривая ненавистное слово, которым он признавал власть Сумрачного над собой.
Но Ратмир понимал, что сейчас надо смириться и затаиться, чтобы потом выиграть решающую битву.
— То-то! Напомни, как твое имя?
— Ратмир.
— Итак, Ратмир. Твои ратники теперь часть моей армии. Отдельный полк, ты командующий, получишь чин когорта. Можешь еще набрать воинов из местных, если надо, но только проверенных и преданных мне, уяснил?
— Да. Можно просьбу, император?
— Говори.
— Отдых моим людям можно пару недель?
— Нет. Это много, — огрызнулся Аргон. — Три дня. Не более. Есть для тебя и пары дюжин твоих людей новое задание.
— Какое?
— Поедешь в Асгард Элийский и привезешь оттуда царевен.
— Царевен? — удивился Ратмир.
— Да. Они скрываются именно там. Привезешь сюда всех этих крыс, я решу их судьбу.
— Но почему именно я и мои люди? — нахмурился Ратмир, понимая, что, когда Церцея увидит его, она сразу же поймет, что он встал на сторону врага, и возненавидит его. — Дай нам другой приказ, император.
— Приказ дан, русин, и он не обсуждается! — прохрипел дракон. «Нет, этот цетурианец явно не сломлен», — подумал Сумрачный. — Именно ты и твои люди доставите царевен сюда, и в сохранности. Иначе остальные твои ратники будут приговорены к казни. Ты понял?
— Да, — тихо ответил Ратмир.
— Вот, вижу, ты начинаешь понимать, что я от тебя хочу. Безоговорочной преданности, русин! Эти царские девки вас знают, оттого не испугаются и не сбегут. Потому поедешь ты и две дюжины твоих ратников. И как можно быстрее. Через три дня отправляйтесь. Все, ступай!
— Слушаюсь, — одной головой кивнул Ратмир и направился быстрым шагом к выходу из залы.
— И помни! — пророкотал ему в спину Сумрачный. Ратмир на миг остановился, чуть обернув лицо на дракона. — Одно неверное действие, и все твои люди уйдут к предкам, кажется, так у вас говорят на Цетуриане?!
Император злобно рассмеялся.
Под громкий хохот Сумрачного Ратмир быстро покинул тронный зал, стараясь более не терзать себя мыслями о том, что он предатель.
Элийское царство, Асгард Элийский
древняя крепость Элиа
Быстро ступая по пустынному двору, где ветер носил опавшие листья, Ирия прижимала к себе большую корзину стираного белья. Она возвращалась из прачечной в дурном настроении.
Ежедневно до обеда ей приходилось исполнять свою обязанность. Церцея поручила ей заниматься этой грязной работой — стиркой белья. Каждое утро они вместе с единственной прислужницей собирали грязные вещи у всех обитателей крепости и носили их в прачечную для стирки. И это жутко не нравилось Ирии. Но ей приходилось терпеть.
Подобные обязанности были у всех жителей Элийской крепости. Лисия убирала в комнатах и коридорах, Океана готовила еду вместе с одним из трех старцев-хранителей крепости, Церцея мыла полы и лестницы с другой прислужницей, Сияна гладила и шила, ратники носили воду, кололи дрова, подметали двор, чинили мебель и восстанавливали в некоторых местах обрушившиеся стены. Вячеслав и Цветана копали землю в огороде и растили овощи, злаки, фрукты и ягоды. Даже Горан каждый день вычищал пыль с башенных приборов и часов, чтобы они верно показывали погоду. У всех было занятие. Ибо все две дюжины жителей крепости: царевны, ратники и две служанки, — должны были обеспечивать свое существование сами.
Ирия считала, что ей досталось самое неблагодарное занятие — стирка.
И все оттого, что Ирия не умела готовить, как Океана, растить овощи, как Цветана, потому ей досталось такое неприятное занятие.
Однако она стирала не руками, как обычно делали это цетурианские женщины. Загрузив белье в большой чан, они с прислужницей заливали воду, добавляли золу и травы и запускали волшебный механизм, сотворенный Гораном и Океаной. Большой чан начинал крутиться сам, поворачивая одежду и разминая ее. Ирия и прислужница только следили за ним. Через час они доставали уже чистое белье и вешали его сушиться. Но вся эта работа утомляла Ирию неимоверно. Порой приходилось делать по семь стирок в день.
И это ее просто бесило. Она постоянно вспоминала, как хорошо ей жилось раньше во дворце Атурий в Рамхашиме с прислужниками. Сейчас же ей полдня приходилось ходить в простом хитоне, пока она занималась стиркой. А прихорашиваться только к вечерней трапезе. По вечерам она надевала один из своих трех чудесных нарядов, привезенных из Белого града, и блистала в этом захолустье среди простых ратников и сестер.
