— В смысле? — не понял я. — Вы, маги, как-то распределяете по долям возможный доход от города?
— Нет, — улыбнулась Рагна, — это лично моя формула! Есть примерный объем того, что горожане в принципе способны потратить на услуги ученых магов, и есть та часть, которую обычно может выжать из них некромант. Ну и вот…
Однако она ошиблась. Стоило нам появиться у местного постоялого двора с армией из ста скелетов, как уже до конца вечера на услуги ученого некроманта выстроилась очередь. Моей четвертой жене удалось заработать не сорок, и не сорок пять, а почти сотню золотых!
— М-да, я не учла, как редко у них бывают целители, — вздохнула она. — Ну действительно, ехать в этот городишко для большинства магов — себя не уважать!
Под конец дня она бесплатно помогла трем женщинам из городской бедноты: одной с малышом, чья температура не сходила уже десять дней, другой — с незаживающей язвой на ноге, и третьей, которой местный лекарь поставил диагноз «опухоль в желудке».
— Эту бы надо в несколько сеансов подлечить, да еще бы на пару с магом природы, — хмуро сказала Рагна. — Так — вряд ли поможет. Но полгода-год жизни, может, я ей добавила.
И еще одной женщине Рагна помогать отказалась. Эта, уже не первой молодости, явно с деньгами, в дорогой одежде, пришла под покровом ночи и пихала нам кошелек с золотом. Рагна даже ее не выслушала.
— Таким не занимаюсь, — холодно сказала она. — Здоровье у тебя в порядке, угрозы для твоей жизни нет, разве только к коновалу какому при родах попадешь. Умела блудить — умей и плод стравить сама.
Когда женщина, наругавшись и погрозив нам разнообразными карами, ушла, Рагна добавила, только для меня и с большой грустью:
— Так-то я не святая, в Академии таким подрабатывала, но для своих. У девчонок с факультета Природы зачатие чуть ли не от поцелуя, а абортивные плохо работают традиционно. Опять же, теперь жалею, — она вздохнула. — Пусть бы сами выкручивались. Ну или рожали. Девушкам с Ядром Природы это все равно что курице яйцо снести.
Мне на ум снова пришла Кэтрин. Вот кто, похоже, детей яростно не хочет! Но она явно не беременности и не родов боится — а того, что будет после.
Я обнял Рагну и снова мысленно пообещал, что у нее будет столько детей, сколько она захочет. Вслух говорить не стал — у меня было ощущение, что она не очень мне верит, когда я обещаю вернуть им с Ханной живые тела.
…Заработанные Рагной дополнительные деньги мы почти тут же и потратили — накупили уйму всякого инструмента и некоторое количество расходников типа гвоздей, просто-таки осчастливив местных торговцев, которые думали, что все это так и залежится у них до весны!
И после направились уже на наши земли. Где нам для начала предстояло обеспечить себе возможность перезимовать — в тепле и относительном комфорте.
Самое странное при закупке инструментов было то, что нам не удалось купить лопаты. Их просто не было в продаже!
Точнее, поспрашивав, мы нашли кузнеца, который согласился продать нам что-то, отдаленно напоминающее лопату, — огромное тяжелое деревянное весло, окованное по краю железом. В количестве трех штук. Больше у него не было!
Все потому, что, как оказалось, металлические лопаты тут проходят по категории элитных и дорогих привозных продуктов, сделанных из элитного привозного металла — привозного, в смысле, из другого мира. Ими пользуются садовники аристократии, военные инженеры и тому подобные ценные специалисты, чьи наниматели могут себе это позволить. А простые люди обходятся мотыгами и кирками, используя лопаты, чтобы откидывать уже разрыхленную землю.
— Офигеть… — пробормотал я, когда эта нехитрая логическая цепочка стала мне понятна. — Может быть, зря я за сельское хозяйство схватился? У нас же горы в вотчине, надо металл добывать…
— А ты знаешь, как добывать металл? — с интересом спросила Рагна.
— Нет, — спохватился я. — Никогда не имел с этим дело. А с сельским хозяйством — имел. Просто попаданец я или где?
— Это ты о чем? — тут же удивилась Ханна. — У нас еще таких попаданцев не было, чтобы металлургию развивали! Обычно либо в дружины пристраиваются, если хоть немного драться умеют, либо в крестьяне попадают, либо какими-нибудь менестрелями становятся…
Пришлось мне развлекать девчонок рассказами про особенности попаданческого жанра в моем старом мире. Разговора хватило на пару дневных переходов, Леу тоже заинтересовалась. Больше всего всех трех моих жен впечатлило, что, оказывается, в некоторых обществах можно прославиться как «менестрель и трубадур» настолько, что получишь славу, уважение, еще и золото — да вдобавок будешь вхож к властителям и сможешь им советы давать!
Ханна и Рагна откровенно хихикали и подбивали меня «взять лютню и прославиться на все королевство с непревзойденной песней про любовь к пяти женщинам сразу!», а также «собрать это замечательное устройство — танк!» Или лучше сразу шагоход, вооруженный лазером, причем лазер Рагна обещала обеспечить («По описанию очень похоже на некромантский зеленый огонь!»).
Мириэль, как и следовало ожидать, молчала и не вступала в разговор.
