А вот их окружение и вовсе ни с чем не вязалось! Элегантная белая беседка на воде была сплошь заставлена столами, столиками и высокими шкафами, набитыми пухлыми томами, переплетенными в кожу, свитками, стопками бумаг и даже глиняными табличками — причем, повинуясь жестам и словам богинь, то и дело какие-нибудь тома или целые шкафы исчезали, чтобы вместо них возникли новые.
Между богинями шел юридический спор!
— В данном случае приоритет у заклятья, которое было наложено первым! — чеканила Ирис, для наглядности шлепая ладонью по пухлому тому, переплетенному в кожу. — Это ясно определено событиями в Мире Червя в восемьсот пятьдесят девятом году Третьей Эпохи!
— Вы переводите все на прецедентное право, тогда как мой мир подчиняется праву законодательному! — Роза встряхнула одним-единственным листом пергамента, сверху витиевато подписанном «Хартия». — И в данном случае все равно основное значение имеют реалии «на земле»! Если фигурант сумел что-то сделать с божественным благословением, но без божественной помощи — достижение остается за ним! Свобода воли, милочка!
— Вы слишком много себе позволяете… милочка! — Ирис сощурила такие же аметистовые, как ее ожерелье, глаза. — Заклятье было создано с помощью любовных чар, я самолично его визировала — и вот ваш Избранник берет и переключает его на себя! Тогда как фигурантка не испытывает к нему ни малейших чувств, даже ненавидит! Вот это — точно не по правилам! Любовное заклятье — это любовное заклятье, пусть даже это больная любовь!
— Именно! Это была больная, извращенная любовь — и вы смеете ее отстаивать⁈
— Ха! В отличие от всяких
Губы Розы сами собой сжались в тонкую ниточку. Это она-то
К счастью, Роза сдержалась и не произнесла этого вслух — не попалась на провокацию. Когда пошли нападки на внешность оппонента, продуктивного обсуждения уж точно не будет.
— Вы забываетесь, — ледяным тоном сказала Роза. — Я вообще удивлена, как вам позволили играть в эти… любовные цепи! Это же нарушение свободы воли!
— Ха, а кто только что говорил — «что фигуранты смогли без помощи богов, то у них не отнять»? — передразнила Ирис. — Я не могла не одобрить достижение моего адепта! Оно — еще раз постараюсь до вас донести! — соответствовало правилам! И заметьте, мне даже не пришлось запрещать распространение этого приема, потому что ситуация абсолютно уникальная! Покажите мне еще одну эльфийку, которая добровольно принесет клятву верности человеку, да еще жрецу Любви!
— Думаете, с вас и взятки гладки? — фыркнула Роза. — Запрещено поощрять что-то, что убивает душу — а душа вашей эльфийки умирала… А, кстати, не вашей! Она ведь из мира Темного Леса, а не из вашего. Что, интересно, скажет богиня Любви оттуда?
— Не умирала ее душа, — брезгливо поморщилась Ирис. — Не драматизируйте! Ну, страдала немного. Но в пределах нормы. Душевные страдания повышают шанс на совершенствование в новом рождении, сами знаете. Ваши нарушения куда серьезнее! Ну конечно, женила на себе Кузнеца — и думает, что схватила Творца за бороду!
— Ну-ка, объяснитесь, — тон Розы стал совсем уж ледяным.
— Естественно, объяснюсь! Вы играете не по правилам! Сообщили своему Избраннику слишком большую мощь, намеренно подведя его к выбору женщин, которые максимально выигрывают от способностей Белого Мужа и одновременно дают ему самые эффективные силы! Так нельзя! Неудивительно, что он одолел заклятье моего жреца!
— Во-первых, наблюдайте за своим миром, а не суйте нос в мой! — прошипела Роза.
— Могу ответить вам тем же! — перебила Ирис.
— … Во-вторых! — Роза повысила голос. — Во-вторых, я ничего не подсказывала моему Избраннику! Даже не намекала! Выбор живого меча и единственного лича с целой душой на все Многомирье — это был чисто его выбор!
— Ха, и поэтому вы отправили его в мир в географической близости от этого самого меча⁈ Не смешите меня! А с личем они связаны, я уже навела справки! Получил меч — рано или поздно и лича бы получил!
— Это ваши инсинуации! Они не имеют ничего общего с действительностью! Мой Андрей просто с мозгами и с сердцем — вот и результаты лучше, чем я ожидала!
— Лучше, чем позволено правилами! Так нельзя! Архитектура Многомирья против!
Женщины яростно смотрели друг на друга, тяжело дыша.
Потом обе хором сказали:
— Так не пойдет, — Роза.
— Нужен арбитр! — Ирис.
Ирис вытянула руку — и над ладонью вспыхнуло нежно сиреневое пламя с розовым оттенком.
— Вызываю Кузнеца! — сказала она официальным тоном.
Роза повторила жест, только ее пламя было скорее розовым, чем сиреневым.
— Вызываю Кузнеца!
