«Хочу проветриться, — сказала она. — Опять же, может быть, там еще заказов для некроманта накопилось с той зимы?.. И… если та женщина с опухолями в желудке до сих пор жива — то тоже ее полечу. Хотя вряд ли, конечно».
Леу тоже хотела с нами, но в данном случае я уговорил ее остаться.
— Девочка моя, но ведь Мириэль уже на последних сроках! Кому-то надо ее охранять?
— Ты видел, как она своим мечом машет в нашем спортзале? — фыркнула Леу. — Она сама кого хочешь охранит! К тому же, Габриэль здесь остается.
Действительно, образ беременной женщины с доношенным животом, лихо выполняющей тренировочные упражнения — та еще картинка для, скажем так, внутренней эротической заначки! Но…
— Это упражнения, а не реальная драка, — заметил я. — К тому же, в данном случае мы точно поедем на санях, ты нам даже часть дороги не сможешь сэкономить. Ты уверена, что хочешь две недели быть ящерицей, без возможности размять крылья, поплавать подо льдом или поохотиться на нечисть?
— Эх… уболтал! — вздохнула Леу. — Действительно, не особо хочется.
Габриэль тоже остался в поместье — и как мой представитель, и для охраны, и потому, что, несмотря на его улучшившееся самочувствие, наши прекрасные врачевательницы дружно считали, что зимнее путешествие по мерзлому лесу — далеко не лучшая идея для почек старого рыцаря!
Путешествие проходило гладко, если не считать того, что пару раз на нас из леса выскакивала оголодавшая нечисть. Один раз — здоровый волк, даже удивительно, как я до сих пор здесь таких не встречал! Другой раз — опять что-то жукоподобное, на последнем издыхании. Иркан прикончил его буквально одним ударом своей секиры, не пришлось даже магию Рагны расчехлять.
Сама ярмарка напоминала и не напоминала все привычные мне ярмарки одновременно. Тут продавали много дешевой выпивки и много вкусной выпечки, имелись музыканты с простенькими скрипочками и гитарами — и да, «Балладу о Избраннике любви» тоже играли, под одобрительные вопли публики! Я заранее, еще в начале осени договорился о павильоне для нас, но почему-то оказалось, что павильона не предусмотрели — и хотя я показывал письмо с подтверждением и даже квитанцию об оплате (называлась «удостоверение ярмарочного взноса»), клерк только разводил руками.
— Ну что ж, — сказал я, — придется нам самим обустроить себе местечко… Иркан, Фиртан, Шонма — ко мне! Будем доставать место!
Орки попрыгали с нашей подводы и встали по бокам меня и чуть позади, а клерк аж сбледнул с лица, но держался.
— Я могу пригласить главного распорядителя ярмарки, — начал он, — чтобы он проверил в ведомостях, но тот сейчас очень занят…
Тут из-за первых саней, запряженных лошадьми, показалась Рагна на других санях, которые тянули два лошадиных скелета (дохлые лошади достались нам бесплатно, крестьяне только рады были, что мы избавляем нас от необходимости хоронить скотину, по недогляду умершую своей смертью).
— Что такое, дорогой? — спросила она, ярко пылая алыми на сей раз огоньками в глазах. — Какие-то проблемы?
Эх, почему-то Ночка, будучи гораздо более штучным и уникальным продуктом, не производит такого впечатления, как обычный лошадиный скелет, который Рагна подняла буквально за полминуты!
Клерк волшебным образом разыскал для нас «пока свободный» прилавок, в гораздо лучшем месте, чем я оплачивал! А потом пришел извиняться, показал ведомость, где мы были отмечены, и просил не держать зла. Я его великодушно простил.
Ярмарка вышла очень удачной! С погодой нам повезло: было холодно, но не слишком морозно — градусов пять ниже нуля, я бы сказал, но термометров тут не имелось, так что оставалось только гадать. Снег не превращался в кашу, но и покупателей холод не распугал.
Расторговались мы очень удачно, а Рагна не менее удачно поработала в самом Эйкристене — сто золотых снова не собрала, но почти шестьдесят заработала.
— Это нам в кубышку, — сказал я ей. — На всякие непредвиденные расходы. В торговый баланс вводить не будем.
— Естественно, — усмехнулась Рагна. — Ты прав, надо понять, насколько текущее предприятие прибыльное! Пока мне представляется, что достаточно: ткань у нас получилась неплохая, берут ее хорошо…
— Вот именно! — кивнул я.
Особенно мою жену порадовало то, что женщина с больным желудком все-таки оказалась еще жива, хоть и в очень плохом состоянии. Как она объяснила, летом через город проезжал паладин и, по ее просьбе, почистил ее Светом.
«Не Мишель ли?» — машинально подумал я.
