Троя полностью

— Похоже на лучевой коммуникатор, — произнёс европеец. — Сейчас он компактно сложен, хотя нетрудно догадаться, что при активации развернётся высокий треножник, широкая тарелка направится в космос и пошлёт мощный луч… неведомо чего.

— С какой стати Коросу тащить с собой коммуникатор? — усомнился Орфу. — Комсаты до сих пор носятся по орбите, да и сам корабль отлично справлялся с любыми пересылками. Даже твоя собственная лодка — и то имела связь с системой Юпитера.

— А вдруг адресат вовсе не там? — предположил Манмут.

— А где же?

— Без понятия.

— Кстати, как наш ганимедянин собирался закодировать сообщение? — осведомился краб.

Зрячий моравек удалил нанокарбоновое покрытие и аккуратно исследовал тонкий механизм.

— Тут есть виртуальные гнёзда соединения, — заявил он после осмотра. — Очень удобно: можно загрузить всю визуальную и невизуальную информацию, зашифровать и активировать на месте. Если только начальство не защитило активацию каким-нибудь секретным кодом. Хочешь, подключимся и проверим?

— Нет. Не время.

— Ладно, тогда я закрываю…

— Ещё одно. Какого сорта энергией питается устройство?

Незнакомый с чуждыми технологиями европеец рассказал в общих чертах.

— Ну и ну! — присвистнул иониец. — Искусственная антиматерия. Консорциум Пяти Лун использовал подобное топливо при первых межзвёздных перелётах. Подключись мы с тобой к этой кормушке, силёнок хватило бы на многие земные столетия.

— Выходит… — Сердце Манмута учащённо заколотилось. — Если заменить ею сгоревший термоядерный двигатель «Смуглой леди»…

Иониец погрузился в молчание и, наконец, с неохотой выдавил:

— Не-е, вряд ли получится. Когда чудовищная сила вырывается на волю с чудовищной скоростью, она неуправляема. Мы-то с тобой ещё нашли бы способ подпитаться от энергетического поля, но заправить лодку? Тем более что сперва нужно починить судно. А ты, если я правильно понял, не сумеешь сделать этого в одиночку?

— Тут потребуются доки Хаоса Конамара… — Манмут ощутил странную смесь сожаления и облегчения, осознав, что для его бедной подводной лодки не осталось надежды. Как ни скорбел он о непоправимой утрате, мысль о том, чтобы повернуть и проплыть обратно две тысячи с лишним километров, портила и без того угрюмое настроение.

Последним под руку попался самый большой, увесистый и самый непостижимый для понимания европейца объект: бамбуковая корзина полутораметровой высоты с основанием два на два метра, упакованная в прозрачный трансполимер. Внутри знаток Шекспира обнаружил сотни квадратных метров микротонкого «шпионского» полиэтилена со вшитыми в него полосками высокопроизводительных солнечных батарей, четыре газовых баллона (датчики засекли гелий, азото-кислородную смесь и метанол), восемь атмосферных реактивных двигателей со встроенными контроллерами и, наконец, двенадцать аккуратно сложенных пятнадцатиметровых углепластовых тросов, присоединённых ко всем четырём сторонам корзины.

Манмут долго шуршал полиэтиленом, постукивал по днищу, напрягал сенсоры и раздумывал.

— Сдаюсь. Что это за ерунда такая?

— Воздушный шар, — откликнулся иониец.

Любитель сонетов недоумённо покачал головой. Допотопное средство перемещения — на Марсе? С какой радости тащить сюда…

Орфу ответил прежде, чем он сформулировал вопрос: