Троичность вокруг нас полностью

Нет, хотя бы потому, что в конфликтной ситуации страдали все планы, в том числе и физический: нервная, сердечно-сосудистая системы и т.д. Более того, компромисс – вообще необходимое условие, основа нормальных в этическом плане взаимоотношений с любым человеком и в любых условиях. Искусство общения с людьми, способность жить среди них в значительной степени сводится к умению идти на компромисс с этими людьми и длительно пребывать в этом состоянии.

Ситуация компромисса была, есть и будет «вокруг нас» и во времени, и в пространстве, с детских лет и до глубокой старости, в любых жизненных обстоятельствах, соединяющих нас с другими людьми хоть ненадолго.

С раннего детства человека учат жить, и в этих уроках красной нитью проводится идея (должна, по крайней мере) уважения к себе подобным, терпимости к недостаткам других, ибо только при таком подходе можно рассчитывать на терпимость к собственным «минусам». Иными словами, нас с юных лет приучают к нормам поведения в условиях общежития, в основе которых лежит компромисс. Привитая в детстве способность к самопожертвованию становится в дальнейшей жизни мощным средством самовоспитания, подавления в себе соблазняющего голоса физического плана. Это – оселок, на котором в человеке оттачивается человеческое и притупляется животное.

***

Конечно, в природе живого мира существуют отношения, внешне похожие на компромисс. Это – симбиозы организмов разных видов, приносящие им взаимную пользу. Каждый из индивидов отдаёт, но совершенно безболезненно, «что-то» своё для комфортного существования другого. Зоной общих интересов этих сожительствующих организмов является биологическое выживание. Но всё это имеет место только благодаря инстинкту, ни о каком осмысленном поведении речь, естественно, не идёт.

У человека же подобные действия далеко не бесконтрольны. И даже тогда, когда главную роль в его поведении играет инстинкт, значение последнего активно корректируется высшим планом триады.

Так, мать, вскармливая и закрывая собой беспомощного ребёнка, совершает всё это в основном в силу инстинкта. И в этом смысле её поведение в принципе не отличается от поведения самки животного. Но это – только на определённом этапе, когда происходит закладка физического здоровья ребёнка как фундамента его дальнейшей биологической жизни.

Дальнейшие же пути становления человека и животного расходятся. Как только под эгидой материнского инстинкта детёныш животного достаточно окрепнет и получит необходимые навыки для самостоятельной жизни (добывание пищи, самозащита и т.д.), мать и дитя теряют взаимный интерес друг к другу (инстинкт материнства «отработал своё»). Но у человека, с его развитой троичностью, всё неизмеримо сложнее, ибо он формируется не только как биологический индивид, но и как личность.

Процессы гармоничного становления человека неразрывно связаны между собой. Бессознательный родительский инстинкт работает совместно со средним и высшим планами триады, т.е. носителями нравственных и духовных ценностей, что делает воспитательный процесс вполне осознанным и целенаправленным. Именно ипостаси духа и души родительской триады играют решающую роль в формировании личности ребёнка.

Всё это – прописные истины, но при чём здесь компромисс, от которого мы оттолкнулись в наших ушедших в сторону рассуждениях? Пока – абсолютно ни при чём.

От момента рождения потомка и до получения им «путёвки в жизнь» родители проходят длинную и тернистую стезю сознательных лишений и уступок, граничащих с самопожертвованием. Они по существу лишены зоны личных интересов, т.к. последние прямо или косвенно подчинены интересам ребёнка. Стремясь к тому, чтобы у него было всё «не хуже, чем у других», мать и отец выкладываются подчас до полного изнеможения – физического и морального. К тому же под влиянием различных обстоятельств может измениться шкала жизненных ценностей родителей. Это приведёт к болезненной ломке стереотипов воспитания. Внутренние, психологические трудности могут оказаться мучительнее и длительнее внешних, бытовых.

И всё эти жертвы приносятся родителями во имя единственной, но многогранной цели: по возможности сформировать человека в соответствии со своими, не всегда стабильными, родительскими представлениями о том, «что такое – хорошо, и что такое – плохо».