– Если ты пытаешься причинить мне боль, то получается у тебя плохо, – процедила я сквозь зубы.
Лицо Тобиаса исказила дикая ухмылка. Он повернул меч под острым углом, но я сдержала крик, не желая доставлять ему удовольствие.
– Я смогу изнурить тебя настолько, что к тому времени, как Каден вернется… – он вытащил клинок, чтобы снова вонзить его мне в живот, – ты вообще не сможешь защищаться. Тебе останется только сидеть и гнить в ожидании равноденствия.
Вот и все.
– О, равноденствие? – хмыкнула я. – И когда же оно наступит?
Тобиас зарычал, его глаза загорелись чуть ярче. Он прокрутил лезвие в животе, и на этот раз я не смогла сдержать крик.
– Ты глупа, как и старые боги, – они тоже думали, что смогут нас перехитрить. Ты умрешь так же, как они, как она. Одна. У тебя больше нет ни семьи, ни друзей. Никто тебе не поможет.
Он так сильно повернул клинок, что перед моими глазами засверкали искры, и я невольно потянулась к мечу.
– Я бы так не сказала, – произнес женский голос.
Тобиас повернулся на звук и закричал, когда пылающий меч пронзил его лицо.
Он отскочил в сторону, ругаясь на незнакомом мне языке. Неверра, здоровая и полная сил, стояла рядом со мной, высоко подняв свой меч. Кровь Тобиаса капала с конца ее клинка, в ее кобальтовых глазах сияло торжество возмездия.
Подошедший ко мне Логан выдернул клинок Тобиаса из моего живота.
– Ты должен был уйти, – прошипела я, когда он поднял меня на ноги.
Логан посмотрел на меня так, будто у меня выросли три головы.
– Если ты думала, что мы тебя бросим, то тебе и правда пора искать новых друзей.
Не знаю, была ли это потеря крови или предельное истощение, но я чуть не заплакала от его слов и поддержки, которой я совсем не ждала. Поддержки, в которой я, как выяснилось, очень нуждалась.
– Вы все идиоты! – зашипел Тобиас. Из открытой раны, тянувшейся от челюсти к виску, сочилась кровь. – И теперь вы поймете, почему Первородные дрожали, а боги истекали кровью. Я убью вас и высосу все до капли из ваших костей.
Земля завибрировала.
– Надеюсь, вы двое готовы к бою, – сказала я, держась за кровоточащий бок. – Потому что очень скоро ситуация станет намного хуже.
Тело Тобиаса дрожало и изгибалось, мир вокруг содрогнулся. Тысячи искалеченных и разложившихся трупов проталкивались к нам сквозь обломки железа. Запах смерти наполнил разрушенную фабрику – кожа Тобиаса превратилась в чешую, и он вырос почти до пятидесяти футов [8]. Он зашипел, обнажая клыки, каждый из которых был длиннее моего тела. Большой змееподобный зверь извивался и ревел, а армия мертвецов кричала ему в унисон. Все взгляды обратились на меня.
– Ты высокомерна, как и твой Губитель Мира, Дианна. – Его рот раскрылся в широкой змеиной ухмылке. – И ты умрешь так же, как он.
Я подняла свой клинок – все неповиновение, пылавшее в моей душе, отразилось и в моем голосе.
– Не раньше тебя.
Комната задрожала, и он бросился на нас.
Мой меч заблокировал удар тяжелого змеиного хвоста. Змей зашипел, корона на его голове запылала от силы его гнева. Мертвецы с переломанными или вовсе оторванными конечностями кричали, бросаясь в атаку.
Я отскочил в сторону, пропуская вперед Неверру, которая принялась наносить удары по щелкающей челюсти огромного зверя.
– Ты двигаешься, как Самкиэль, – проревел Тобиас Дианне. – Он что, действительно научил тебя чему-то, пока не ковырялся у тебя между ног?
– Клянусь, вы все хотите его больше, чем я! – закричала она в ответ, разрубая двух обгоревших мертвецов пополам.
Она была опытной и ловкой, но потеря крови ее замедлила. Как только мы вошли на фабрику, Неверра кинула взгляд на Дианну и ее пропитанную кровью одежду и бросилась вперед головой. Теперь я знал почему. Несмотря на вызывающее поведение Дианны, я тоже это чувствовал. Ее сила, обычно такая яркая, всеобъемлющая и жестокая, начала таять. Это было уже не горящее пламя, а тлеющий уголек, и Тобиас хотел его потушить.
– Вы действительно думаете, что сможете меня убить? – спросил Тобиас, его зловещий взгляд скользнул по нам. – Вы не боги.
Его массивный хвост метнулся к нам. Неверра отпрыгнула в сторону, забравшись на ближайшую к ней стену.
– Вы – ничто.
Линии лазурного света на моей коже стали чуть ярче, и я направился к Неверре. Мертвецы один за другим падали от ударов меча – теперь моя ярость стала холодной и контролируемой. Позади меня ревело пламя, жар был почти нестерпимым. Тобиас закричал от боли, а затем взревел – Дианна снова привлекла его внимание к себе. Я добрался до Неверры, и она спрыгнула мне на руки.
– Со мной все в порядке, – сказала Неверра, быстро поцеловав мои губы, прежде чем выскользнуть из моих рук и вызвать свой меч.
Тобиас метнул в Дианну большой камень. Он пролетел мимо цели и врезался в стену, остатки здания затряслись, со стен и потолка посыпались обломки. Я затащил Неверру в ближайшую нишу и закрыл ее своим телом, защищая от летящих в нас кусков металла и дерева. Пыль была настолько густой, что почти лишила нас возможности видеть, и каждый вдох давался с трудом. Это место не выдержит. Он таранил все без разбора.
