Трон тени полностью

Я… — Маркус запнулся, слегка краснея, но пути назад уже не было. Скрыть что-нибудь от Януса почти невозможно. — По дороге сюда я услышал один разговор. Уверен, это всего лишь досужие сплетни. Говорили, что якобы там, в Онлее, разместилась команда женщин и что они… оказывают известные услуги. Я просто хотел узнать, знаете ли вы об этом.

Только сейчас ему пришло в голову, что с полковника вполне сталось бы и нанять отряд проституток для нужд свежеиспеченных солдат. Будучи знатного рода, Янус тем не менее не отличался чрезмерной щепетильностью в таких делах, хотя сам, насколько Маркусу было известно, ни разу не позволял себе лишнего. Кто знает, может быть, у него в графстве Миеран осталась возлюбленная.

«А если он женат? Вот черт! Я никогда не расспрашивал, а он ничего не рассказывал о себе».

Вот оно что. — Янус отложил карандаш и выпрямился. — Полагаю, эта новость неизбежно должна была просочиться наружу.

«Вот я и влип».

Маркус залился жарким румянцем, который бессильна была скрыть даже борода.

— Сэр, если это с вашего ведома, я… у меня и в мыслях не было намекать…

— Да, капитан, это и вправду с моего ведома, однако это совсем не то, что вы думаете. Сегодня утром мне нанесла визит группа молодых особ, которые выразили желание поступить в добровольцы.

У Маркуса вырвался невольный смешок. Потом он сопоставил слова Януса с тем, что слышал в экипаже, и озабоченно нахмурился.

— Надо думать, сэр, вы отправили их восвояси?

— Напротив, сказал, что помощь будет весьма кстати. От имени этих девушек выступала небезызвестная Чокнутая Джейн, с которой, полагаю, вы уже знакомы.

— Вы сказали им… — Маркус помотал головой. — Не понимаю. Чего вы надеетесь достичь?

Я надеюсь защитить этот город и мою королеву от Последнего Герцога. — В голосе Януса, впервые за все время разговора, прозвучали стальные нотки. — И я приму помощь всякого, кто готов ее предложить.

И вы направили этих девиц… куда? В лазарет? В прачечную? — Маркус помрачнел еще сильнее. — Сэр, мне это не нравится. Горстка девушек среди такого количества молодых мужчин! Пойдут разговоры, домыслы…

— Капитан, вы меня, кажется, не поняли. Я направил этих девушек в боевую часть. Что до их безопасности «среди такого количества мужчин» — думаю, мисс Верити и ее подруги уже наглядно доказали, что способны о себе позаботиться. Вы со мной не согласны?

— Вы направили их в боевую часть, — ровно повторил Маркус. — Кучку девчонок.

— Да.

— Носить мушкеты.

— Да.

— Ходить строем и…

— Да. Капитан, что именно в этом решении вы находите столь трудным для понимания?

Но ведь это же нелепо, сэр! Вы не можете… то есть они не…

Янус промолчал, тяжело опустив веки. Маркус сделал глубокий вдох.

— Если эти девицы так решительно настроены, они пригодились бы нам для вербовки новобранцев. Но ведь вы же не собираетесь послать их в бой?

— Почему бы и нет?

— Потому что их могут убить!

— А вы, верно, думаете, будто все парни, которых мы уже набрали в ополчение, обшиты железом и неуязвимы?

— Но…

— Капитан, — продолжил Янус, — простите, если мои слова покажутся вам черствыми и бездушными, но опыт подсказывает мне, что мушкетной пуле безразлично, в кого угодить — в мужчину или в женщину. Если женщина точно так же, как мужчина, может заряжать мушкет и стрелять, я не вижу причины ей отказывать.

— Другие новобранцы этого не потерпят. И никто не потерпит.

— Это вряд ли, — возразил полковник. — Чокнутая Джейн хорошо известна в городе, а среди наших новых солдат немало выходцев из Доков. И если кто-то вздумает возмущаться, ему придется ответить перед своим командиром.

Но, сэр… — Маркус покраснел еще гуще. — Мне кажется, вы не все продумали. Что будет, если они попадут в плен?

— Тогда их, скорее всего, изнасилуют, — ответил Янус, произнеся это отвратительное слово с подчеркнутой жесткостью. — И поверьте, им самим об этом хорошо известно. Капитан, это не благородные девицы из сказочных замков. Они живут, ежеминутно сознавая, что в любой момент могут подвергнуться насилию.

— Но как же нам посылать их в бой, зная, что с ними может случиться?

— Мы сражались с искупителями, а те обожали сжигать пленных живьем и, как гласили слухи, лакомиться их мясом. Кроме того, практиковалось сажание на кол — то есть, насколько я понимаю, жертве вводили в задний проход заостренное древко копья и в таком виде выставляли на городской стене, где несчастный мучился еще много дней, пока не испускал дух. Десолтаи пытали, оскопили и зверски убили наших разведчиков, а потом оставили трупы там, где мы могли их найти. Неужели вы хоть раз колебались, посылать ли своих солдат против такого врага, поскольку опасались, что с ними может случиться?

— Это были мужчины! Мужчины, а не…

— Капитан Д’Ивуар! — рявкнул Янус.

До сих пор Маркус лишь однажды слышал, как полковник в гневе повысил голос — то было в Эш-Катарионе, в храме на вершине священного холма. Теперешний окрик был только бледной тенью той бешеной вспышки, но от этого сходства Маркуса бросило в дрожь.