— Думать — не наше дело, — ответила Винтер. — Мы вступили в армию, а стало быть, дали согласие драться там и тогда, где и когда сочтут нужным полковник Вальних и другие офицеры. Будем ли мы драться вообще, решать им, а мы должны положиться на их решение. Позволить каждому рядовому задумываться об этом самостоятельно — первый шаг к поражению.
— Верно, — повторила Абби. — Верно.
И спросила, глядя на спины идущих впереди девушек:
— Как полагаешь, они справятся?
Винтер кивнула.
— Полагаю, да. И все остальные тоже.
— Хорошо. — Абби глубоко втянула воздух и медленно выдохнула. — Хорошо.
Неужели она тоже так нервничала перед первым боем? «Вполне вероятно, и я так тряслась от страха, что этого не сознавала».
Впереди тракт поворачивал налево, но лейтенант в синем мундире уже направлял колонну вправо. Они проломились через узкую полосу деревьев, затем протопали по капустному полю, проложив грязно-бурую тропу поперек ровных гряд со зреющим урожаем. Дорогу сюда преграждала низкая каменная стена сухой кладки, но головной батальон разобрал камни, оставив широкий проход для повозок и орудий. По ту сторону ноля невысокий холм полого поднимался к травянистому гребню, на котором мирно паслись несколько дойных коров, безразлично взирая на непрошеных гостей.
На ближнем склоне холма разворачивалась армия Януса бет Вальниха. Здесь уже были первый и второй батальоны Первого колониального, сомкнулись в боевую колонну вокруг полковых флагов. Сержанты выкрикивали приказы подошедшим новобранцам, сгоняли тех, кто вооружен пиками, в громадную толпу, и она беспорядочно клубилась за боевым построением Первого колониального. Новобранцев с мушкетами отправляли выше по склону, к самому гребню. Повозки остались внизу, у подножия холма, зато пушки вкатили наверх, перевалили через вершину и скрылись из виду.
Винтер заметила, что далеко обогнавшая их Джейн о чем-то говорит с Маркусом, и вместе с Абби заторопилась вперед.
— Игернгласс! — воскликнул Маркус. — Я хотел…
Он осекся, глянул на юные девичьи лица рядовых, которые полукругом обступили их, пожирая глазами капитанский мундир, и смятенно почесал бороду.
— Подойдите-ка сюда, — сказал он.
Винтер шагнула вперед, и Маркус, повернувшись спиной к остальным, едва слышно проговорил:
— Послушай. Полковник поместил вас в середине позиции. В некотором роде это самая безопасная позиция, но перестрелка будет жаркая. Я не… словом, если хочешь, чтобы вашу роту перевели в резерв, я это сделаю. Эти девушки уже доказали свою правоту, и никто не перестанет их уважать.
— Сэр, — произнесла Винтер, — они здесь не затем, чтобы что-то доказывать.
Я не верю, что ты с легким сердцем пошлешь их на смерть! — прошипел Маркус. — Это недостойно мужчины!
Винтер не сумела сдержать улыбки. Как там однажды отметил Янус? «Когда дело касается женщин, Д’Ивуар становится настоящим рыцарем, защитником прекрасных дам».
— Они с вами не согласятся, сэр. И я думаю, вы это знаете, иначе не стали бы говорить с глазу на глаз.
— Ладно. — Маркус оглянулся через плечо и покачал головой. — Ладно. Ты помнишь план.
— Так точно, сэр.
Капитан жестом указал вверх по холму, на свободное место перед двумя батальонами в боевом построении.
— Двигайтесь туда. Займите около ста ярдов позиции и ждите сигнала.
Винтер четко козырнула:
— Есть, сэр!
Когда Маркус, все еще качая головой, ушел, Джейн похлопала ее по плечу:
— Что он хотел?
— Предложить нам последний шанс выйти из игры.
Джейн рассмеялась.
— Похоже, осада Вендра его так ничему и не научила.
Пушки заговорили сразу после того, как армия развернулась к бою.
Боевое построение не отличалось сложностью. Впереди от того места, где стояла Винтер, на дальнем склоне холма длинной цепью расположилась артиллерия. Посередине, прямо перед ними, разместили полевые орудия Пастора, а фланги занимала пестрая смесь реквизированных в городе пушек поменьше. Где-то внизу еще оставались осадные орудия, снятые с речных укреплений, но на то, чтобы на руках втащить их на позицию, пришлось бы потратить целый день.
За артиллерией и на ближнем склоне холма, дабы раньше времени не попадаться на глаза противнику, длинной разрозненной цепью выстроились добровольцы, вооруженные мушкетами. Это была не та тесная, плечом к плечу, боевая шеренга, в какой Винтер ходила на хандарайских аскеров, но свободный, куда более редкий строй, где еще оставалось достаточно пространства между соседними солдатами. Винтер стояла в центре участка, занятого девичьей ротой. Справа и слева, ярдах в двенадцати от нее, заняли место Джейн и Абби.
Ниже этого кордона колоннами по две роты ждала закаленная пехота Первого колониального — все четыре батальона. Расстояние позволяло при необходимости развернуть каждую из них в шеренгу либо, напротив, создать огневой мешок, поливаемый мушкетными залпами, если придется стать в каре и отражать кавалерийскую атаку.
