Трон тени полностью

— Ну да, парень успешно торгует шарлатанской дрянью. И как это может пригодиться нам? — сварливо осведомился Фаро, сбросив остатки наваждения.

Расиния покачала головой. Она по-прежнему не сводила взгляда с подмостков, где снова появился де Борнэ с ящиком, битком набитым склянками. Из толпы летели монеты, молотя по доскам, точно град.

— Видишь ту девушку у края подмостков? — негромко спросила она. — Вон ту, с искривленной ногой?

— Рахит, — определил Сартон. — П-последствия н-недостаточного питания в д-детстве.

— Она прожила такой всю жизнь, — проговорила Расиния, глядя на ковыляющую бедняжку. — Еще сегодня утром она, как и ты, твердо знала, что останется такой и до самой смерти. Теперь она готова отдать все свои сбережения — всё, что скопила ценой неимоверных усилий.

— За склянку с подсахаренной речной водой, — вставил Фаро.

— Она покупает не эликсир, — сказала Расиния. — Надежду.

Она сделала глубокий вдох и покосилась на Бена:

— А кто может продать такой девушке надежду, тот может продать что угодно и кому угодно.

Бен кивал, соглашаясь. Фаро хмурился.

— Идем, — бросила Расиния. — Думаю, нужно с ним поболтать.

Они дождались, пока де Борнэ продаст последнюю склянку. Наконец в компании Дантона и двоих носильщиков он покинул площадь, пообещав, что вернется завтра, дабы осчастливить тех, кто не успел продвинуться к самым подмосткам.

— Каждый день он говорит одно и то же, — сообщил Бен. — Порой приходят те же, кто уже получил свою порцию эликсира.

— Видимо, полагают, что две порции излечат их вдвое лучше, — заметил Фаро.

— Ты знаешь, куда он направляется после того, как все распродаст? — спросила Расиния у Бена.

— За углом есть таверна. В прошлый раз он пробыл там довольно долго.

— Логично.

Вывески у таверны не оказалось, да она и не была необходима. Даже сейчас, в начале дня, к дверям заведения тек непрерывный поток страждущих: одни шли отдохнуть после ночных трудов, другие спешили утолить утреннюю жажду. Вслед за Беном Расиния толкнула створку двери и вошла в дымный полумрак. Таверна располагалась на нижнем этаже старого доходного дома, и сама зала, судя по всему, когда-то была меблированными комнатами. Владельцы выломали внутренние перегородки, наглухо заколотили почти все окна и соорудили прилавок за шаткой стойкой, водруженной на ряд бочек. Одни столы — колченогие, ветхие — были выброшены прежними хозяевами за негодностью, другие наспех сколочены из того, что подвернулось под руку. Стульями служили маленькие ящики.

В отличие от «Синей маски» и подобных заведений, которые притворялись одиозными, как на карнавале наряжаются в костюмы, эта таверна откровенно и неприкрыто одиозной являлась. По сути, нельзя даже было сказать, что ее репутация сомнительна — ведь это подразумевало бы, что хоть какая-то репутация у нее все-таки есть. То был просто один из множества безымянных глухих закутков, где можно за медный грош купить временное забытье. Расинии доводилось заглядывать в портовые таверны после окончания очередной смены в доках, когда в тесные залы битком набивались пьяные, орущие, ищущие драки рабочие, но здесь не было и намека на дух опасности, витавший в тех местах. Люди за самодельными столами выглядели лишь смертельно усталыми.

Де Борнэ и Дантон сидели за столиком в углу, двое носильщиков пристроились за соседним. Кое-кто из посетителей оглянулся на компанию Расинии, однако без особого интереса. Один только кабатчик, длинноусый, похожий на крысу, удостоил их более пристального взгляда. Расиния отступила от дверей и знаком поманила к себе спутников.

— Мне нужно, чтобы Дантон остался один, хотя бы на пару минут, сказала она. — Как бы нам отвлечь де Борнэ?

— Я бы м-мог п-п-п-поспорить о д-достоинствах его снадобья, — предложил Сартон. — Но только…

— От настоящего доктора он скорей сбежит без оглядки, — договорил за него Фаро. — Такие проходимцы вечно боятся, что кто-то начнет задавать им вопросы.

Расиния ненадолго задумалась.

— Ладно, — сказала она, — вот наша история. Ты, Фаро, сын зажиточного торговца, а Бен — твой лакей. Ты раньше слыхал от прислуги про этот эликсир, а сейчас отец захворал, и тебе хотелось бы запастись чудодейственным средством. Угости его выпивкой и намекни, что готов потратить на это дело кругленькую сумму.

— Ясно, — промолвил Бен и вздохнул. — И почему мне вечно приходится изображать лакея?

— Потому что ты не умеешь прилично одеваться, — отозвался Фаро и, расправив манжеты, придирчиво оглядел их — не прилипла ли ворсинка. — Ступай за мной.

— Что ты д-думаешь сказать Дантону? — спросил Сартон, когда их сообщники вальяжной походкой направились к столу.

— Прежде всего нужно выяснить, что связывает его с де Борнэ. Кто он на самом деле — бывший больной или наемный зазывала?