— Весьма признательна, — проворчала Винтер. Глянула на остатки своей трапезы и решила, что больше не голодна. — Не сочти за грубость, но откуда ты знаешь мое имя?
— Вопрос обоснованный и безусловно уместный. — Абби улыбнулась так лучезарно, что Винтер едва не зажмурилась. — Ты расспрашивала о Кожанах, верно?
Винтер застыла. Впрочем, и это отрицать не имело смысла. Она потянулась за кружкой, сделала умеренный глоток и осторожно кивнула.
— И ты явно не здешняя, — продолжала Абби.
— Ты тоже. — У собеседницы не было характерного для Доков выговора.
— Точно! Стало быть, мы обе здесь пришлые.
Служанка принесла две кружки с пивом, Абби приняла их и придвинула одну к Винтер:
— Итак, ты либо наивная девочка с Северного берега, которая наслушалась глупых россказней…
Винтер собралась вставить слово, поскольку именно эту роль она и пыталась играть в последние дни, ио Абби без малейшей паузы продолжала:
— …либо шпионка. Агент жандармов, Конкордата или кого-то еще. Хотя, не в обиду, агент Конкордата приложил бы побольше усилий, чтобы не выдать себя.
— Тогда уж я, верно, не шпионка, — сказала Винтер. — Слишком бестолкова.
— Не шпионка Конкордата, — уточнила Абби. — С жандармов сталось бы отправить несведущую девчонку в Доки задавать глупые вопросы. Или же ты очень хорошая шпионка и притворяешься бестолковой, чтобы ослабить бдительность собеседников. По мне, так это больше похоже на Орланко.
— Ты-то здесь при чем?
— Нам стало любопытно, кто ты такая. По правде говоря, мы даже немного потратились, чтобы это выяснить. Вот я и подумала: как быстрее всего узнать ответ на вопрос? Правильно — спросить в лоб.
— Стало быть, ты хочешь узнать, шпионка я или нет? — осведомилась Винтер.
— Именно!
— Я не шпионка.
— Да, — сказала Абби, — но ведь именно так ответил бы и настоящий шпион!
Винтер взяла свою кружку, обнаружила, что там не осталось ни капли пива, и сделала долгий глоток из второй, заказанной Абби. Девушка с воодушевлением последовала ее примеру.
— Ладно, — медленно проговорила Винтер. — Я ответила на твой вопрос. Дальше?
— Что тебе известно о Кожанах?
— Только то, что я слышала. Они противостоят Конкордату и сборщикам налогов, стараются помогать простым людям. И еще — их внутренний круг целиком состоит из женщин.
— Вот об этом знают немногие, — заметила Абби, — а если и знают, то не верят, что это правда. Значит, ты просто решила явиться сюда и попытать счастья?
— Я училась в Университете, — сказала Винтер, почувствовав себя немного уверенней. Этот рассказ она, по крайней мере, репетировала. — Мой отец владел аптекой в северной части города. Мы не были богаты, он сберегал каждый грош, чтобы отправить меня на учебу. Видишь ли, сына у него не было, а потому предполагалось, что я унаследую семейное дело.
Абби понимающе кивнула:
— Продолжай.
— Всех подробностей я не знаю… но отец связался с одним сборщиком налогов по имени Хизертон. — По уверениям Януса, такой существовал на самом деле. — Отец задержался с оплатой, остался должен, влез в новые долги, чтобы покрыть этот… В конце концов Хизертон явился к нам с ордером, где было сказано, что аптека принадлежит ему, — и отец отправился в тюрьму. Меня выставили из Университета, как только перестала поступать плата за обучение. — Винтер постаралась, чтобы голос ее чуть заметно дрогнул, словно лишь титаническое усилие помогало ей остаться спокойной. — Я и раньше слыхала рассказы о Кожанах, и у меня оставалось еще немного денег, так что…
— Так что ты решила найти их и попросить о помощи?
Винтер покачала головой:
— Это было бы глупо. Я знаю, что аптеку не вернуть и отца из тюрьмы не вытащить. Мне просто хотелось… что-то сделать. Отплатить им. Помочь кому-то другому, если получится. Не знаю… — изобразить замешательство было совсем не трудно, — наверное, это глупая идея.
— Ты не представляешь, к чему могут привести глупые идеи, — пробормотала Абби.
— Значит, ты — одна из Кожанов? — спросила Винтер. — И все эти рассказы — правда?
— Кое-что изрядно преувеличено, — отозвалась Абби. — Скажем так: мы сотрудничаем.
— Поможешь мне встретиться с ними?
Винтер намеренно добавила в свой голос толику подлинного нетерпения. Она сочла, что это будет уместным.
Абби вздохнула.
— Ты уверена, что хочешь именно этого?
— Я торчу здесь уже несколько дней, — сказала Винтер. — Мой отец в тюрьме. Конечно же, я этого хочу!
— Ты ведь знаешь историю о святом Лигаменти и демоне? «Бойтесь своих желаний».
— Если я правильно помню, святой Лигаменти одурачил демона и отправил его назад в преисподнюю.
— Смотря какую версию ты читала, — легкомысленно заметила Абби. — Что ж, ладно. Будешь доедать или сразу пойдем?
Винтер глянула на тарелку — и у нее, несмотря на обилие съеденного, неприятно засосало под ложечкой.
— Идем. Что-то у меня пропал аппетит.
