Расиния отступила в сторону и закрыла за ними дверь.
Сот, обшарила взглядом номер, кивком указала на двери спален:
— Там кто-то есть?
В одной спальне Дантон. — Сот неодобрительно нахмурилась. — В другой никого.
— Очень хорошо. Бери ее за ноги.
Расиния обхватила странную горничную за лодыжки и приподняла ее ноги от пола. Вдвоем они занесли девушку в пустую спальню, и Сот, втащив ее на кровать, разжала руки. Голова горничной тяжело упала на покрывало.
— Сот, — сказала Расиния, — кто она такая? И что с ней случилось?
Сот выглянула наружу и захлопнула дверь спальни.
— Что с ней случилось? Она мертва.
Сот ткнула пальцем в деталь, которую упустила из виду Расиния, — обмотанную кожей рукоять длинного стилета, которая торчала в левом боку девушки, прямо под мышкой.
Кто она такая, не знаю. — В руке Сот, как по волшебству, появился еще один стилет. — Но при жизни совершенно точно была агентом Конкордата.
Расиния смолкла, не найдясь, что сказать, а Сот не мешкая принялась за работу: разрезала корсаж юбки на мертвой девушке, затем рассекла юбку от талии до лодыжки, снимая с покойницы одежду, как университетский ученый снимает кожу с подопытного экземпляра.
Ты уверена, что она… — начала Расиния.
Сот тяжело вздохнула и с треском разорвала юбку. Бедро мертвой обхватывал кожаный ремень, и на нем в ножнах были закреплены несколько тонких кинжалов хитроумной конструкции. Сот выдернула один и метнула через комнату. Кинжал просвистел в воздухе и со стуком воткнулся в стену в паре дюймов от уха Расинии.
— Горничные не носят метательных ножей, — сказала Сот, — даже в Старом городе, а уж тем более в «Гранде». Она работала на Конкордат.
— Ладно, — пробормотала Расиния. Кинжал, вонзившийся в стену, все еще чуть слышно вибрировал. — Ты убила ее?
— Разумеется, я ее убила.
— Могу я спросить, чего ради ты раздеваешь ее догола?
Сот уже распарывала блузу до самого ворота.
Потому что кое-что ищу, а времени у нас мало. — Сот рывком, как нетерпеливый любовник, задрала нижнюю сорочку покойницы, ощупала ее груди и торжествующе ухмыльнулась. — Нашла! Приятно видеть такое постоянство.
— Сот…
Та предостерегающе вскинула руку и склонилась над трупом. И, выпрямившись, показала Расинии длинный плоский пакетик, изогнутый там, где он был прижат к телу агента.
— Карманы слишком ненадежны, — сказала Сот, — и приходится прятать это на себе. Иные устраивали тайник в заднем проходе, но я всегда предпочитала укромное местечко на груди и театральный клей. — Нахмурясь, она окинула взглядом тело горничной. — Интересно, кто сейчас обучает их этому трюку.
— Что это такое?
Шифр. Одноразовый, на пару сотен слов. Единственная копия хранится у какого-нибудь писца под Паутиной. — Сот развернула пакетик, оглядела квадратный листок прозрачной тонкой бумаги, вновь свернула его и спрятала подальше. — Так и составляются донесения.
— Понимаю. Значит, ты хочешь отправлять донесения от ее имени?
— Только одно. После использования шифр сжигают. Для надежности. — Сот покачала головой. — Что ж, постараюсь как-нибудь спасти дело.
— Спасти дело? О чем ты? Сот, ты видела эту толпу снаружи? — К Расинии отчасти вернулось недавнее воодушевление. — Мы победили! Мы свалили банк! Борель получит удар в самое уязвимое место…
— Я не про банки, — перебила Сот. — Вы привели Дантона сюда. Ты знаешь, сколько агентов следит за ним после сегодняшней речи? Теперь им известно, что он отправился в гостиницу, и остается только разузнать, кто еще был с ним в номере. Больше ничего и не нужно.
Она сердито тряхнула головой:
— Сколько раз я твердила тебе держаться от него подальше? Нельзя допустить, чтобы Орланко связал ваши имена!
— Дантона привел Фаро, а не я, — возразила Расиния, пытаясь оправдаться. — Его просто некуда было деть. Мне следовало раньше сообразить, что ему нельзя возвращаться в «Королевскую гостиницу». Мы могли бы продумать другие…
— О том, как исправить ошибку, подумаем позже. Сейчас нужно вывести тебя отсюда.
Расиния кивнула, стараясь сосредоточиться.
— Кто-нибудь еще из людей Орланко следит за этой гостиницей?
— Двое в куртках конюхов, под стогом сена в конюшнях, — мрачно отозвалась Сот. — Думаю, сейчас слежки за нами нет, но это ненадолго. Ты пойдешь со мной.
— А остальные?
— Предупреди их, если хочешь, — пожала плечами Сот. — Только не затягивай. Потом пускай выбираются, как хотят. Нам так или иначе нужно будет разделиться.
— Если Конкордат свяжет их с Дантоном…
— Если Орланко узнает, что ты вовсе не чахлая тихоня, которую так долго изображала, он закует тебя в кандалы до самой смерти отца, а потом благополучно выдаст замуж, и весь этот замечательный план пойдет прахом, — фыркнула Сот. — А теперь идем. Выведу тебя из гостиницы, а потом уж вернусь сюда прибраться.
— Хорошо, пробормотала Расиния и покосилась на мертвую девушку. — Тебе не кажется, что нужно бы… прикрыть ее, что ли?
Сот закатила глаза и, ухватившись за свисающий уголок одеяла, натянула его на полуобнаженный труп. Расиния поспешила в гостиную, всем сердцем надеясь, что Фаро и Бен не настолько пьяны, чтобы разучиться ходить.
