- Доброго тебе утра, дражайшая сестрица, - елейным голосом приветствовал ее Олтирн.
- Завали, а? - сплюнула копейщица. - И без твоей хари тошно.
- Ну что ты за человек, - деланно обиделся герцог. - Нет бы, порадоваться за брата, сказать, какой он хитрый и умный, как все понимает и какие замечательные ловушки устраивает, а?
Малика выругалась так, что даже портовые шлюхи покрылись бы румянцем стыда.
- Ты как всегда щебечешь, точно сладкоголосая птаха, - герцог уже и не пытался скрыть своего торжества. - Ну так что, кто был прав?
- Ты, - даже не процедила, а, скорее, ткнула, точно копьем, Малика. - Доволен? А теперь закрой рот, пока я тебя не прирезала.
- А ты сможешь, сестричка? - Олтирн демонстративно положил ладонь на рукоять своего меча.
Их глаза встретились и Малика, блеснув глазами, ответила:
- А ты как думаешь?
Улыбка братца немного померкла, и девушка чуть заметно усмехнулась.
Брат, как и все остальные члены семьи, могли нахамить ей, но никто из них, будучи в здравом уме не осмелился бы выступить против могучей воительницы. В схватке один на один она, со своим Даром, могла разорвать каждого из них, и дорогие родственнички прекрасно знали это!
Даже гордячка Нидтирна с ее восхитительной способностью не осмелилась бы выступить против нее, что уж говорить про остальных.
- Братец, - предупредила она, - с огнем играешь.
Олтирн широко и дружески улыбнулся - что-то, а лицемерить он умел, как немногие.
- Ладно тебе, сестричка, неужели я не имею права чуть-чуть позлорадствовать? Все-таки согласись, мой план в итоге был недурен?
Малика выдохнула.
- Имел, имел. Я бы на твоем месте тоже пасть раззявила бы...
Олтирн чуть расслабился.
- Но вот что.
- Да?
- Совет хочешь?
Ни единый мускул не дрогнул на его лице, но Малика прекрасно представила себе, какими словами он сейчас именует ее.
- Слушаю, сестричка.
- Выясни, в каких покоях этот хрен спит, и прикончи его. Притащи людей, они его измотают, а мы вдвоем набросимся и добьем. А?
- Не могу.
- Но почему?! - повысила голос копейщица.
- Мы уже обсуждали это.
- Да-да, рыцарская честь, - она вновь сплюнула. - Ладно, хрен с тобой, только смотри, этот тип на дурака не похож. Как бы он тебя за гузно не прихватил. Вот засадит свой меч тебе в зад по самую рукоять, а потом провернет несколько раз. Тогда не жалуйся, братик.
- Как всегда образно и изысканно, - Олтитрн отвесил сестре поклон.
- Как умею. Всех, харэ лясы точить. Пошли жрать и на трибуну.
Сказав это, она резко развернулась и столкнулась с перепуганной служанкой.
- А ты еще че забыла тут? - рыкнула копейщица.
Девушка пискнула и затаратарила:
- Господин, господин, к вам важный гость.
- Важный, говоришь? - Олтирн повернулся и смерил перепуганную девушку внимательным взглядом. - Кто?
- Называет себя Хис-Тиром, послом империи при дворе его величества.
Лицо герцога изменилось, да и Малика застыла, точно громом пораженная. Она была далека от всей это придворной хренотени, но тоже слышала об этом человеке. Да и кто в королевстве не знал о нем? Глаза и уши императора, дворянин, чье богатство сопоставимо лишь с могуществом его семьи, утонченный ценитель древностей, мастер лука и даже, как поговаривали, поэт, обожающий острые эпиграммы на запретные темы.
Такой гость стоил того, чтобы выйти и встретить его лично, и Олтирн понял это так же быстро, как и Малика.
- Скажи, что я сейчас буду! - рявкнул он, отчего служанка подпрыгнула и, низко поклонившись, стрелой помчалась вниз.
Когда они спустились во двор и познакомились с гостем, Малика с трудом сдержала восхищенный вздох - северянины был хорош! Высокий, худощавый с правильными чертами лица, и озорной улыбкой. А эти глаза...
Одежда была под стать внешнему виду. Длинный шелковый кафтан, доходящий до колен и расшитый серебряной нитью, высокие сапоги, украшенные жемчугом, два перстня с огромными алмазами на пальцах, серьга с капелькой рубина в ухе.
Все это было подобрано с таким вкусом и любовью к деталям, Малика не сумела сдержать ехидную ухмылку - братец - человек, умеющий пустить пыль в глаза, - на фоне северянина выглядел, как напыщеный павлин.
"Так бы и запрыгнула на него". - Эта похабная мысль заставила Малику чуть зардеться.
Неподалеку слуги распрягали отличнейших белых ездовых лошадей посла. Карета соответствовала хозяину и была настоящим произведением искусства. Немногочисленные оставшиеся во внутреннем дворе участники турнира и гости с живейшим интересом изучали творение неизвестного мастера, который из дерева, красок и позолоты умудрился сотворить шедевр.
- Приветствую благородного графа Хис-Тира в моем скромном охотничьем замке, - склонил голову Олтирн.
- Благодарю тебя, благородный герцог Олтирн Голирийский, - отозвался посол, отвечая поклоном на поклон. - Мне тут нравится, жаль, что не имел возможности побывать у тебя раньше.
- Поверь мне, это - Олтирн обвел мрачные серые стены и столь же унылые строения, - ничто по сравнению с моей столицей! Если ты когда-нибудь будешь в тех краях, обязательно съезди погостить, ты поразишься. Уверен, что даже в восхитительных землях империи не сыщется такого чуда.
