Любой другой человек возраста Шиссрэна и Рилата просто не смог бы драться с ним на равных, но старые бойцы сами воспитывали мастера меча, а потому знали, что можно противопоставить его атакам. И все равно, несмотря на то что их было двое, эти опытнейшие бойцы держались с трудом.
Казалось, что деревянный меч в руках Антэрна живет сама по себе, что она разумна и жаждет помочь своему хозяину покарать старого копейщика. Именно его! Рилата Ант атаковал лишь по мере надобности.
И тут произошло странное — рука и меч Антэрна внезапно превратились в размытое пятно, которое, вроде бы, метило Золотому Копью в голову, и тот выставил посох под углом, принимая удар.
В последнюю секунду меч изменил траекторию и резанул по животу Шиссрэна.
Тот охнул и отступил, тяжело опершись на посох.
— А вот этому я тебя не учил, — проговорил он, закашлявшись.
И тут Антэрна настиг мощный удар — Рилат совершенно спокойно прошелся ученику по спине.
«Он специально подставил Шиссрэна, чтобы получить возможность атаковать!» — поняла Тишайя. — «Ох уж этот Рилат, всегда поражалась его хитрости».
Она уже достаточно давно была знакома с капитаном наемников — естественно, через Антэрна — и поддерживала с ним регулярную переписку, делясь самыми последними новостями, причем зачастую, никак не связанными с поисками Анта. Их сотрудничество не было завязано на мастере меча и носило взаимовыгодный характер. Капитан Сияющих Клинков считал, что всегда полезно знать о происходящем в мире и иметь доступ к обширной сети информаторов, Тишайя же справедливо полагала, что человека, водящего в бой пять тысяч тяжеловооруженных профессионалов, лучше сделать своим другом.
И все-таки, женщина так и не сумела раскусить старого воина. Вот Шиссрэн — тот был прост, как деревянный шест. Рилат же походил, скорее, на здоровенную луковицу: снимаешь один слой, а за ним начинается следующий.
— Глупый ученик, — фыркнул наемник. — Вот сколько я тебе говорил про концентрацию в бою.
Антэрн почесал спину и склонил голову в знак согласия.
— Прошу прощения, учитель.
— А неважно. — Рилат помог Золотому Копью подняться. — Скажи лучше, когда и у кого ты научился тому удару, которым отправил Шисса на колени?
— Меньше месяца назад у одного человека, который едва не отправил меня на тот свет этим приемом — я тогда лишь чудом разгадал его замысел. Хотя замечу, что, если бы мне не хватило скорости, чтобы чуть-чуть уклониться, и, если бы я был немного толще, мы бы сегодня не общались.
Мастер школы Сокола выпрямился и расхохотался, после чего оглядел всех присутствующих:
— Все видели? Вот как дерутся настоящие воины. Ладно, на сегодня тренировки окончены, мы будем пировать в честь встречи. И даже не смей отказываться от этого!
— И не думал.
Антэрн отдал деревянный меч и подошел к Тишайе.
— Как голова, Тиша?
— Лучше, — она послала ему самую очаровательную из своих улыбок — как всегда безрезультатно. На лице Анта не отразилось никаких эмоций.
— Вот и хорошо. Нам всем не помешает хороший отдых, а завтра с новыми силами мы продолжим заниматься важными делами.
— Да, согласно.
— И еще, — он улыбнулся. — Не налегай на вино, оно тут крепкое.
— Не буду, — воительница поднялась и приняла протянутую руку.
Антэрн взял ее под локоть, чтобы помочь идти, и Тишайя могла чувствовать его тепло.
«Все-таки сегодня очень хороший день. Пусть бы он не кончался», — подумала она.
Очередной кошмар вырвал Антэрна из легкого забытья и заставил подскочить на кровати. В памяти не осталось ни единого следа намека на то, что же именно привиделось во сне, но мастер меча был уверен в одном — вспоминать это ему совершенно не хочется.
Еще меньше хотелось тренироваться — что ни говори, а Золотое Копье и Рилат были в отличной форме и заставили мастера меча полностью выложиться во время короткого спарринга. После чего продолжили начатое уже во время пирушки. Антэрну лишь ценой неимоверных усилий удалось выцарапать кувшин с водой и отказаться от вина, пива, медовухи, а также крепчайшего северного напитка, изготавливаемого из пшеницы.
Причем его не оставляло нехорошее ощущение, что на кувшинчик с пшеничным пойлом наложила руку Тишайя.
«Надеюсь, что я неправ, иначе Тишу ждет грустное утро», — подумал он, оглядываясь по сторонам.
Они прибыли в особняк Хиса глубокой ночью, и Антэрну было искренне жаль слуг могущественного северянина, которым пришлось тащить несколько практически не подающих признаков жизни тел. Точное количество воин сейчас назвать затруднялся, однако ему показалось, что минимум три.
