Пустовалов Василий Андреич, управляющий лесным складом купца Бабакаева, второй муж Душечки. «Он был в соломенной шляпе и в белом жилете с золотой цепочкой и походил больше на помещика, чем на торговца»
Путохин. «…Служил писцом у нотариуса и получал 35 рублей в месяц. Это был человек трезвый, религиозный, серьезный»
Путохин Вася, старший сын писца, учится в городском училище. «Оттого, что нельзя плакать и возмущаться вслух, Вася мычит, ломает руки и дрыгает ногами или, укусив себе рукав, долго треплет его, как собака зайца. Глаза его безумны, и лицо искривлено отчаянием. Глядя на него, бабушка вдруг срывает со своей головы платок и начинает тоже выделывать руками и ногами разные штуки, молча, уставившись в одну точку. И в это время, я думаю, в головах мальчика и старухи сидит ясная уверенность, что их жизнь погибла, что надежды нет»
Путохины, дети писца. «…Детишки, причесанные, веселые и глубоко убежденные в том, что на этом свете все обстоит благополучно и так будет до конца, стоит только по утрам и ложась спать молиться Богу»
Пушков. «…Вот уже 35 лет состою профессором одного из русских университетов, член академии наук-с, неоднократно печатался»
Пятеркин, помощник присяжного поверенного. «…Возвращался на простой крестьянской телеге из уездного городишка N, куда ездил защищать лавочника, обвинявшегося в поджоге… Ему казалось, что истекший день, день его долгожданного и многообещавшего дебюта, искалечил на веки вечные его карьеру, веру в людей, мировоззрение»
Пятигоров Егор Нилыч. «Дверь отворилась, и в читальню вошел широкий приземистый мужчина, одетый в кучерской костюм и шляпу с павлиньими перьями, в маске. За ним следовали две дамы в масках и лакей с подносом»
Раббек фон, «Фонтрябкин», генерал-лейтенант, «благообразный старик лет шестидесяти, одетый в штатское платье… здешний помещик»
Раббек фон, «высокая и стройная старуха с длинным чернобровым лицом, похожая на императрицу Евгению»
Рагин Андрей Ефимович, доктор. «Наружность у него тяжелая, грубая, мужицкая; своим лицом, бородой, плоскими волосами и крепким, неуклюжим сложением напоминает он трактирщика на большой дороге, разъевшегося, невоздержного и крутого. Лицо суровое, покрыто синими жилками, глаза маленькие, нос красный. При высоком росте и широких плечах у него громадные руки и ноги; кажется, хватит кулаком – дух вон. Но поступь у него тихая и походка осторожная, вкрадчивая; при встрече в узком коридоре он всегда первый останавливается, чтобы дать дорогу, и не басом, как ждешь, а тонким, мягким тенорком говорит: «Виноват!»
Размахайкин, кларнетист. «Вероятно, что-нибудь случилось со Смычковым… Или он напился, или же его ограбили… Во всяком случае, оставлять здесь контрабас не годится. Возьмем его с собой»
Раневская Аня, 17 лет, дочь Раневской от первого мужа. «Моя комната, мои окна, как будто я не уезжала. Я дома! Завтра утром встану, побегу в сад… Ты, мама, вернешься скоро, скоро, не правда ли? Я подготовлюсь, выдержу экзамен в гимназии и потом буду работать, тебе помогать. Мы, мама, будем читать разные книги… Не правда ли?.. Мы будем читать в осенние вечера, прочтем много книг, и перед нами откроется новый, чудесный мир»
Раневская Любовь Андреевна, помещица. «О, мое детство, чистота моя! В этой детской я спала, глядела отсюда на сад, счастье просыпалось вместе со мною каждое утро, и тогда он был точно таким, ничто не изменилось. Весь, весь белый! О, сад мой! После ненастной осени и холодной зимы опять ты молод, полон счастья, ангелы небесные не покинули тебя… Если бы снять с груди и с плеч моих тяжелый камень, если бы я могла забыть мое прошлое!»
Рассудина Полина Николаевна, подруга Лаптева и Ярцева, учительница музыки. «…Худа и некрасива, с длинным носом… замужем за педагогом, но давно уже не жила с мужем»
Рахат-Хелам, «громадный азиат с длинным бекасиным носом, с глазами навыкате и в феске»
