– Какого дьявола? – процедила, кинув злой взгляд на вычурно-пижонские запонки, которые обычно носят всякие старые пердуны, а не молодые мужчины, так, навскидку, от двадцати пяти до тридцати лет.
Да, судя по довольно современной, холеной прическе, спортивной фигуре с широченными плечами и осанке, этот тип точно молод. Нахал со смугловатой кожей и темными волосами. А вот цвет глаз не разобрать в полумраке коридора, и еще потому что они скрывались в глубине прорезей… хоккейной, да, вроде, хоккейной маски старого образца.
– Какого черта вам тут надо? – придала тону максимум серьезности и строгости, даже грубости щепотку. Сделала это с трудом, потому что, вообще-то, находилась один на один с не пойми кем, и Томми пришелся бы сейчас очень кстати.
– Вы-ы-ы, это… как его…– заикаясь и запинаясь на каждом слове, протянул тип. – Вы просто бесподобны, мисс! – Он сделал в мою сторону какой-то осторожный шажок.
От этих его слов я тут же почувствовала привычную, властную точку опоры на шпильках каблуков, скрестила руки под грудью и изогнула бровь.
Ивон Хасс – бесподобна?
Да, я в курсе, а вот вы – нет, «уважаемый». Потому что меня не прошибешь высокопарным комплиментом, хоть, конечно, любой девушке приятно такое услышать. Но не в данной ситуации, когда нарушают твои границы, убивая одним видом этими вот запонками и жилетом. Я в принципе холодна к разным там словам, не верю никому на слово. Да еще какому-то там избалованному сыночку… итальянского мафиози. Да, наверное, так оно и есть.
И тут я почувствовала сухость, стянутость, жжение кожи и невольно дотронулась до совсем свежей тату, которую перед выходом забыла обработать специальной заживляющей мазью.
– Болит? – тихим шепотом спросил незнакомец и сделал еще один, чуть более широкий шаг ко мне.
Господи!
Он полностью стирал границы, мягко влезал мне под кожу, заставлял чувствовать чудовищный дискомфорт, незащищенность, уязвимость, слабость.
– Убирайтесь, немедленно! – потребовала, попятившись.
– А если нет?! – вдруг переменил он тон на более холодный, дерзкий и тоже скрестил ручищи на груди.
– Что-о-о? – Мои глаза округлились и медленно хлопнули от такой его быстрой метаморфозы.
– То, мисс, а если не уйду? – хмыкнул этот… псих и в азарте потер костяшки, будто приготовившись к сопротивлению, точнее, к драке. – Позовете на подмогу темнокожего черта?
Боже!
Он демонстрировал, что сильный и не боится никого. Даже огромного Томми! А может, он и правда мафиози, у которого при себе запросто может быть пистолет?
Мой тревожный, обескураженный взгляд попытался распознать: если в карманах его пиджака какое-то оружие.
И я незаметно выдохнула, потому что костюм сидел на нем как влитой, а карманы не топорщились. Максимум, что там могло находиться, так это держатель для купюр и кредиток, ну или бумажник.
Этот наглый, самоуверенный богатый тип начал держаться более уверенно, точнее, он засунул руки по карманам и принял вальяжно-вызывающую позу, мол, что дальше-то?
Господи, я, кретинка, своим идиотским поступком с курением в зале нарвалась на неприятности!
– Позову самого дьявола, если понадобится, но лучше давайте не доводить ситуацию до крайности, – сжала кулаки, но испытывала почти полную беспомощность.
– Да хоть кого! – цокнул гад, и я буквально учуяла, что он растянул насмешливую рожу под маской маньяка, а глазищи наверняка блеснули издевательством.
Он всем видом демонстрировал, что привык брать то, что захочет. Чертов богатенький ублюдок!
Не-на-ви-жу!
– Так вот, мисс, хочу, чтобы вы оказали мне честь… – Он вдруг сделал короткий поклон, приложив ручищу к груди. Левую руку, на которой не было обручального кольца.
Очень ожидаемо!
Такие, как этот нахал, либо предпочитают холостяцкий образ жизни, либо успели развестись несколько раз, наплодили кучу, в том числе и внебрачных, детей. И подобные ему не собираются останавливаться на достигнутом.
– Окажите… – снова сбился он, формулируя джентльменскую фразочку.
И меня совершенно не интересовало, как он выглядит на лицо. Наверняка так себе, точно не в моем вкусе, хоть он и брюнет, а я питаю особенную слабость к темненьким.
– Нет, это ВЫ окажите! – сделала акцент на «вы» намеренно, чтобы показать презрение и полное равнодушие к его персоне. А еще я сделала о-о-очень выразительный жест кистью руки. – Будьте так любезны, сэр, на выход!
– Что, королева? Ни одного шанса, да? – Он произнес это таким тоном, что внутри всё похолодело, потому что пришлый тип точно теперь оскалился под маской. По-звериному. И несмотря на комплимент про «королеву», его интонации отражали скорее предупреждение, нет, угрозу.
– Ни единого шанса! – торопливо отрезала я, боясь развернуться к нему спиной, чтобы сбежать в кабинет и запереться там изнутри.
– Хорошо… – ровно произнес он, но я не поверила, потому что это положительное слово прозвучало как мстительный ультиматум, который пришлый тип мне негласно поставил.
