Феличия ушла этим вечером. Ей нужно было зайти в аптеку и магазин, расположенные неподалеку. Вернуться она должна была через два часа - к восьми. Но ни к девяти вечера, ни к часу ночи она не появилась на проходной.
Решила наплевать на правила и на последствия? На нее это не было похоже.
Впрочем, она была такой странной в последние дни. Как и Ровена.
Изабелла внимательно посмотрела на подругу. Ровена лежала на кровати, но в лице ее не было и тени сна.
- Ты тоже уходила сегодня? - Спросил у Ровены Арсен.
- Да. Была у Илоны дома. Вернулась к десяти вечера. Феличию не встречала.
Арсен вздохнул и вышел.
- Ты не спала? - Поинтересовалась Изабелла, укладываясь обратно в кровать.
- Не спится. - Сказала Ровена. - Бессонница.
- По-моему это заразно, - пробормотала Изабелла...
17. "Самый тяжелый рубеж"
("Сага о фаэтане")
"Хотя формально Эржбета была лишь королевой Шарпианы, фактически и Вальхиана и Тавиана теперь тоже подчинялись ей. Высшим органом для этих трех стран стал Военный Совет.
Военный Совет был создан в первые дни восстания в Тавиане. Тогда он и впрямь занимался только военными вопросами. И хотя королева Эржбета уже тогда включена была в его состав, ключевые роли в нем, поначалу, принадлежали Трем Бризам.
После изгнания лемарионцев Совет превратился во временное правительство трех объединившихся в ходе войны стран. Тогда же главой Совета вместо Олеко стал Маноле.
После казни Сильвиу и отъезда Олеко введена была еще одна поправка: во главу Совета поставлена была королевская чета - Эржбета и Маноле...
Заседание Совета началось с доклада генерала Секлера.
- Лемарионцы получили тяжелейший удар. - Сказал он. - Они все еще не пришли в себя. Но если мы и дальше будем медлить с походом на Север - они успеют затянуть раны, и нам придется очень тяжело.
- Поход на Север - дело первейшей важности. - Согласилась Эржбета. - Но кто возьмет на себя эту тяжелую миссию? Опять три наши страны, которые и при освобождении Юга вынесли на себе основную тяжесть войны?
А Эльфлория и Дархания, чьи взаимные агрессивные интриги и были одной из главных причин этой войны, по-прежнему будут отсиживаться в стороне? Разве это справедливо?
- Вы безусловно правы, ваше величество. - Ответил Эржбете губернатор Вальхианы. - И я уверен, что народы трех наших стран разделяют ваши чувства. Но, увы, политику невозможно строить на справедливости. Здесь всем правит прагматизм.
- Замечательные слова. - Кивнула головой Эржбета. - Мы постоянно должны помнить о прагматизме.
Итак, прагматично ли уводить свои лучшие силы на войну с Севером, оставляя в тылу две не очень дружественные страны?
И посмотрите на эти страны повнимательнее: у них уже начался экономический подъем. В отличие от нас. И, кстати, за счет нас. Эльфлория закидала нас товарами в обмен на золото, запасы которого тают в нашей казне с каждым днем.
Результат: Эльфлория уже значительно богаче нас. А что будет после неизбежных потерь в войне с могущественным Севером? На его территории, между прочим. Тогда и Дархания окажется богаче и сильнее нас.
Так в чем, объясните мне, прагматизм нашего похода на Север?
- Прагматизм, ваше величество, базируется на реализме. - Вступил в обсуждение тавианский губернатор. - Что делать, если реальность не всегда благосклонна к нам? Мы вынуждены продолжить войну с Севером до победы, чтобы избежать еще большего зла.
Что касается дарханцев и эльфлорийцев - мы использовали все средства, чтобы побудить их присоединиться к нашему военному союзу. Но оказалось, что задача эта неразрешима.
- Вы уверены, что использовали все средства? - Никогда прежде на Военном Совете Эржбета не вступала в продолжительные дискуссии. Но сегодня она была активна, как никогда.
- К сожалению, - сказал генерал Секлер, - господин губернатор полностью прав: эта задача нам не по зубам.
Эльфлорийцы ни за что не вступят в нынешний союз. Они жаждали объединить Юг. Но только так, чтобы первой скрипкой в этой коалиции стала Эльфлория. Однако им хорошо известно, что пока во главе Совета стоите вы, моя королева, - эльфы не смогут помыкать остальными. Отсюда и их заигрывания с господином Олеко, и их усилия раздуть конфликт между вами.
Эльфы сейчас скорее примут участие в войне за перераспределение власти на Юге, чем в походе на Север. Уж лучше держаться от них на расстоянии.
С дарханцами ситуация не лучше. У них был небывалый всплеск массового энтузиазма в начале войны. Дарханцы не просто хотели отомстить эльфам. Раса Светозарных всегда была для них чем-то недоступным и высоким. Ненавидя их, они, в тоже время, подсознательно были очарованы эльфами, пытались им подражать.
Народ эльфов претендовал на особую миссию в этом мире. Но пророчество дайаны Эктории обличало эльфов как оказавшихся недостойными своего великого предназначения. И возлагало особую миссию - покарать отступников-эльфов уже на дарханцев.
Во всяком случае, пророчество можно было трактовать и так. И именно так его и истолковали
жрецы-драконопоклонники. И повели за собой весь народ.
