Приказав разводить лагерь в ближней от нас части подлеска, я с двумя стрелками пешком отправился на вершину. Небо затянули густые облака, у восточного горизонта даже появились темные, налитые водой тучи, и подъем не стал таким тяжелым, каким бы он был, свети местное солнце. Мы перебрались через овраг, размытый сходившими с горы во время ливней потоками воды, потом пробрались сквозь заросли кустарника и остановились на открытой местности. Я бросил взгляд на запад. Широкая, безграничная долина, теряющаяся в сизой дымке. Такое не увидеть с равнины. Но, видя такое, ты вдруг начинаешь отчетливо понимать выражение – наша земля. Вот она – наша земля, на которую собрался ступить враг.
До реки отсюда было примерно два перехода, и потому непонятно, то ли это она там синеет на горизонте, то ли это уже небеса.
Я сделал «линзу» и вроде бы разглядел чуть южнее мост, хотя уверенности не было.
– Вы остаетесь здесь и оборудуете наблюдательный пост, – обратился я к сэтам, продолжая вглядываться в сизую даль. – Я сейчас спущусь и направлю к вам еще двоих. Костра здесь не жечь, с запада глаз не сводить. Думаю, приближение большой армии вы заметите…
Но намного раньше, чем пост разглядел вдали пыль, поднимаемую войсками Мангра, мы с командиром полусотни Лудгаром увидели, как к Турлимским горбам движутся наши войска, когда взобрались на один из восточных холмов следующим утром.
Айсунг смотрел на мечущегося великого сэта и мысленно улыбался. Нурлимцы поступили так, как он и хотел. Правда, не совсем так. И виной тому были восточные сэты, которые каким-то немыслимым образом успели наладить контакт с жителями прибрежного города. Внутренняя улыбка внезапно погасла, и глава жрецов невольно вздрогнул от неприятной и даже страшной мысли. А ведь не так пошло
– Каждый второй из ваших подчиненных будет расстрелян. А заодно и кто-то из вас, – Мангр остановился перед одним из сотников так неудачно съездившего к Нурлиму отряда. – Вы не должны были пытаться взять мосты…
– Но, великий сэт, – голос сотника заметно дрожал, – вы же сами отдали приказ захватить…
– Молчать! – взвизгнул Мангр. – Вы опытный вояка, могли бы действовать по обстановке.
Великий сэт развернулся и зашагал к своему огромному креслу, а глава жрецов невольно нахмурился, сосредоточившись на мысли об этом странном посланнике богов. Кто он? Откуда? Хотя ответы на эти вопросы были. Пусть и какие-то глупые, но все же были. Он не сэт, и он оттуда.
От этих ответов Айсунг едва не ругнулся вслух. Получалось совсем уж поганенько. Они жрецы, номинально представители богов, и вдруг какой-то посланник, воюющий на стороне их врагов.
– Что думаешь, Хальгар? – Мангр обратился к военачальнику, ставшему в последнее время его любимчиком. Успешное взятие Гелеополя, а потом и Данглима сделали этого идиота главнокомандующим всей армии. Айсунг сжал губы. Нужно было все же тогда поговорить с ним. Предложить ему место великого сэта. Пожизненное. Такой бы клюнул на подобное предложение. Может, еще не поздно?
– Я думаю, великий сэт, что восточные собрались встречать нас в Нурлиме. Потому и пришли туда. Им нужны мосты. И еще я думаю, что они могут первыми шагнуть на нашу территорию.
– Чушь, – Мангр отмахнулся. – Они не настолько глупы, чтобы лезть со своими жалкими десятью тысячами к нам в лапы. А вот укрепить Нурлим могут. И хорошо укрепить. Поэтому я принял решение атаковать сразу на двух направлениях. Одна часть армии, меньшая, идет к Нурлиму, вторая часть, двадцать пять тысяч стрелков, переходит Лунгару в районе государственного моста. Мы возьмем их в кольцо, – резко выдохнул он и хлопнул в ладоши. – И раздавим. Раздавим, как жалких букашек.
Хальгар, соглашаясь, кивнул, а Айсунг собрался с духом и чуть подался вперед.
– Великий сэт! – начал он спокойным тоном. – Я ценю мудрость вашего решения, но что-то в этой истории не так. Вам не кажется странным, что восточные сэты слишком быстро приступили к активным и открытым действиям, и пришли именно туда, где вы собирались перебраться через Лунгару?
