– Именно. Но прожорливая… Целыми бочками соляру кушает. Да мы бы по деньгам отбили. Тут другое. Машина хоть и с консервации, внутри много чего менять надо. Большую часть сделали, но тут у нас деньги закончились. Так что ни туда, ни сюда. А тут еще Спица ногу сломал, а вдвоем с другим напарником мы в Зону пешком ходить опасаемся. Приходится всякой мелочью заниматься, чтобы хоть немного денег заработать. Вот подрядились сейчас воду и продукты с колонной сюда возить. Не опасно в целом и заработок, пусть небольшой, но капает.
– Ну, понял тебя. Двигаешься к успеху.
Птица широко улыбнулся, но внутри у него росло напряжение. И не Ткач был тому причиной. Когда Айдар громко назвал его Птицей, Сергей уловил, как замолчали и многозначительно переглянулись братки в своем «ВИП»-зале. Его имя явно им было знакомо, хотя Сокольских с ними раньше не пересекался. Ничего хорошего это не сулило.
Словно подтверждая его мысли, один из сидевших за столиком, высокий, бритый наголо парень, встал и подошел к барной стойке.
– Уважаемый, – обратился он к Сергею. – Я душевно извиняюсь, что отрываю вас от беседы, но вы действительно тот самый Птица?
– А к чему вопрос?
– У людей, – бритый показал рукой на свою компанию, – есть разговор к Птице из «Морозок». Это вы?
– Да, я из «Морозок». Что за разговор? – Сергей уже всерьез напрягся, жалея, что, вылезая из машины, убрал ТТ назад, за пояс.
Бритый миролюбиво показал широкие ладони:
– Всего пара вопросов. Может быть, присядем за наш стол? Здесь место спокойное, нас все знают, исключительно мирная беседа. Так как, можете уделить нам немного своего времени?
С этими словами браток вопросительно посмотрел на Птицу, Айдара и Шмидта.
Айдар пожал плечами и, в свою очередь, взглянул на Сергея, ожидая его решения. Шмидт сделал вид, что его это как бы и вовсе не касалось, продолжая тихо что-то обсуждать с барменом.
Птица подумал и сказал:
– Обсудим, коли так. Отчего бы не поговорить, раз у людей вопросы.
Он кивнул Ткачу: мол, еще свидимся, – и пошел вслед за бритым к столу с «ВИП-персонами».
Незнакомая компания подвинулась, освобождая ему место, и Сокольских присел на деревянную скамью, с краю, спиной к общему залу и барной стойке.
Соседей справа Сергей не успел как следует разглядеть, а вот сидящие напротив с интересом разглядывали его самого.
Верховодил тут пожилой сухощавый человек с пегими редкими волосами и выцветшими татуировками на пальцах. Он курил сигарету, сильно затягиваясь, так, что табак в ней трещал и вспыхивал яркими оранжевыми точками.
– Я – Витя Серебряный, в авторитете. Это близкие мои: Конь, Ялта, Зуб, Саша-сибиряк и Клин.
Названные им братки даже не шевельнулись. Они просто молча изучали Сергея, глядя на него как-то по-особому, словно на муху: вот села на стол, крылья сложила, можно прихлопнуть, а можно пока понаблюдать.
– Птица, – представился всем Сергей, думая о том, успеет ли сидящий справа сосед при дурном раскладе его заточкой в бок ткнуть или он, Сокольских, сможет увернуться. – Слышал, у вас ко мне какие-то вопросы имеются?
– Можем на «ты»? – поинтересовался Витя.
Сергей кивнул, и тот продолжил:
– Давеча до нас слух дошел, будто некто, назвавшийся Птицей из «Морозок», перо одно на Вильчинской толкучке барыге засветил. Перышко то одному нашему знакомому принадлежало, и хотелось бы знать, откуда Птица сей предмет взял и что с прежним владельцем сталось? Такой вот у нас интерес.
Сергей понял, что попал, как говорится. Но делать было нечего, надо было что-то решать и выстраивать линию поведения.
Сокольских, помолчав несколько секунд, сказал:
– Я так понимаю, речь идет о финке. Она у меня с собой. Я достану?
Витя кивнул, и Сергей неторопливо вынул из сумки клинок. Положил на стол.
– Она?
Авторитет взял ее в руки, бегло осмотрел и легонько щелкнул пальцем по режущей кромке.
– Она самая. Пояснишь по существу вопроса?
Сергей, скрестил пальцы рук и стараясь выглядеть спокойным, медленно произнес:
– Вещь эта ко мне попала как трофей. Один из ее последних владельцев, не знаю, ваш ли знакомый или кто-то иной, хотел меня на тот свет спровадить.
– При каких обстоятельствах?
– Несколько, гм, братков… или похожих на них людей, – поправился Сергей, – решили расколошматить колонну научников. Колонна была со штатовской охраной. Я там случайно очутился, просто пути пересеклись. Меня нападавшие тоже в расход пустить решили, но я оказался проворнее. По итогам того рубилова часть вещей перекочевала ко мне. Поскольку интерес налетчиков для меня остался неизвестен, я решил пробить тему, выяснить, кто за этим стоял и чего хотел. Чисто для собственной безопасности, дабы не повторилось.
Сидевшие не проронили ни слова. Однако Сергей отметил, как недоуменно вытянулись их лица.
– Хм, описать нападавших можешь?
Сокольских напряг память и, как мог, перечислил приметы тех из нападавших, кого сумел тогда запомнить.
– В масть, Кесарь там был, – сказал один из соседей, глядя на Витю-авторитета.
– Ага, а еще, судя по картинке, которую нам данный мужчина рисует, – Рыбак и Дрозд, – добавил другой с ноткой удивления в голосе.
