– Конечно, если сошлют в исправильню – мне оттуда выйти будет проблематично, – он показал пальцами решётку перед своим лицом. – Они там ведь не успокоятся, пока не сломают человека полностью, пока не найдут и не устранят саму причину его проступка. А я и представить себе не могу, что нужно сделать с моими мозгами, чтобы в такой ситуации я поступил иначе. И я не хочу стать… тем человеком.
– Ты – идти я, – с усилием вспоминая слова, проговорила Хейзи.
Вдруг раздался приглушённый писк – они совсем забыли про Дору. Вынув её из кармана, Верон удостоверился, что с ней всё в порядке, и передал её Хейзи.
– Её нужно покормить. Вот, я захватил немного её пищи, – он протянул в руке пузырёк с молочной смесью и откинулся назад, облокотившись на грузовой контейнер и глядя в окно на опускавшиеся сумерки. Всё же ему было непонятно – если она действительно никакая не инопланетянка, то что за проблема с её тестами? Почему она говорит на языке, не использовавшемся уже несколько десятилетий, и совершенно не владеет планетарным? Где она жила всю свою жизнь и научилась управлять ионолётом? Он взглянул на неё, столь увлечённую возможностью просто покормить котёнка – она выглядела совсем как ребёнок.
Но иногда она демонстрировала умения и навыки опытного и решительного человека – её акробатический трюк на сцепке поезда мог быть исполнен лишь кем-то умелым и бесстрашным. Возможно, даже опасным – особенно, если учесть то немногое, что было известно о её сородиче. Тот, кстати вполне свободно говорил на планетарном языке, пусть и с некоторым акцентом.
Верон, признаться честно, начинал немного сомневаться в успехе всего мероприятия – но глядя на Хейзи, такую довольную и спокойную, он обретал уверенность в правоте своего поступка. Хоть она и производила порой впечатление ледяной кариатиды – её кожа была такой светлой, а голубые глаза сверкали как сапфиры, – но её улыбка оставляла ощущение недосказанности, тайны… и какого-то тепла, а временами – жара, намекавшего на то, что эта льдинка таит в себе самый настоящий вулкан.
* * *
Ход поезда замедлился. Верон проснулся и взглянул в окно – видимо, состав шёл по каменистому побережью, но море было с другой стороны. Здесь же из окна были видны лишь холмы, на склонах которых росла только мелкая трава, и то не везде, да были разбросаны крупные валуны, а редкие низкие деревья с сухими изогнутыми от постоянно дующих холодных ветров стволами имели причудливые формы – здесь выживали только сильные. И самые неприхотливые.
От окна веяло прохладой. Хейзи ещё спала, но им нужно было покинуть поезд до прибытия в порт, чтобы не быть обнаруженными. Разбудив свою спутницу, Верон спрятал Дору в карман, и они приготовились выскочить из вагона, когда скорость будет достаточно мала для прыжка.
Наконец почувствовав, что момент настал, Верон дёрнул рукоятку аварийного открытия двери и сделал шаг вперёд, на сцепку. Совсем рядом с проходящим составом плескались холодные воды Северного моря. Скорость поезда всё ещё была довольно велика. Не зная, как правильно сгруппироваться для прыжка, Верон замялся – но тут Хейзи взяла его за руку и посмотрела ему в глаза, как бы говоря: «Давай, я покажу, как нужно».
Шагнув мимо него к переднему вагону, она ступила на бампер и выглянула вперёд. Убедившись, что там нет препятствий, она обернулась к Верону и поставила ноги вместе, два раза приподнявшись на носочках, затем сгибая их в коленях. Дождавшись, когда он кивнёт, она повернулась вперёд, вся подобралась, чуть присев, и мощно оттолкнулась всеми четырьмя конечностями, прыгнув назад.
Верон лишь услышал звук её приземления на щебень. Он шагнул на бампер и обернулся – Хейзи бежала вдоль поезда, пытаясь удержаться от падения, балансируя руками. Медлить было нельзя, и он, собравшись, повторил её прыжок. Земля встретила его сильным ударом – он вскинул руки вверх для равновесия и, оттолкнувшись обеими ногами, побежал вперёд, гася скорость. Остановившись, он дождался Хейзи, и они, проводив взглядом удаляющийся поезд, огляделись вокруг – пейзаж был скуден, а с моря дул пронизывающий ветер и доносились крики чаек. Хорошо, что было лето, иначе условия были бы гораздо суровее. Верон решил подняться на холм и осмотреться в поисках описанной профессором Дромоном хижины на берегу.
