— Рыбину попроси, — пробормотала под нос Лиэль, всё же выбираясь из-за стола, где несколькими минутами назад так уже удобно умостилась. Слава богам, травница этого не услышала, или сделала вид.
— Что из Гильдии слышно? — Поляна не спеша убирала пустые плошки со стола.
— Да что… Сегодня к вечеру все свободные группы будут уже в Цитадели клана Стали, — покачал головой Рамон. — Пришла беда, откуда не ждали. Подумать только… наказующие и ведьмы. Да когда было такое? Они же глотки готовы были всегда порвать друг другу. А тут посмотри — Кругу дозволение дали нос высунуть с Аиталской империи. Разворошили змеиное кубло, — нахмуренные брови и глубокие складки на лбу выдавали его обеспокоенность. — Как думаешь, это из-за неё? — понизил он голос. — Или кому-то понадобились ведьмы вне империи?
Поляна прикрыла глаза и Рамон ощутил слабый всплеск ведьминской волшбы.
— Во дворе она, — Поляна развеяла сканирующее заклинание и задумалась. — Не думаю. Вернее, уверена, что не только из-за неё. Ты же прекрасно знаешь, что Морация никогда не делает всё напрямую. Та ещё расчётливая и беспринципная тварь. Могу только предположить, что ей что-то понадобилось здесь. А если это поможет наладить хоть сколь какие отношения с приспешниками Миардель — она своего не упустит. Да и «дозвол» всему Кругу… Ты же понимаешь, что перемещения по всему Флералу полностью развязывает им руки? И они не преминут воспользоваться этим. Скверно. Ой как это скверно…
— Настают смутные времена, Поланея. И мне бы хотелось, чтобы вы оказались как можно дальше отсюда, когда «пришлые» пробьются в Гарконскую Пустошь.
— Опять ты за своё. Думаешь тебя в живых оставят после всего? Может стоит рассказать всё девочке, Рамон?
— Обязательно, — поморщился он. — Но сейчас не самое подходящее время. Да и реакцию её даже предугадывать не нужно. Не хочу её потом перехватывать на пути к Дон-Мору.
— Рамон… — произнесла Поляна с укоризной. — Когда-нибудь ей нужно будет всё узнать. И лучше, чтобы это был ты, а не… другая сторона.
— Да понимаю я! — вскинулся было он, но также резко и поник. — Понимаю… Я просто очень боюсь её больше никогда не увидеть…
Поляна положила ему голову на плечо и тяжело вздохнула.
— Знаешь, я никогда не думала, что скажу тебе это, но… Тебе стоит начать доверять своей дочери. Она у нас — молодец. Только ты своей опекой банально ей не даёшь дышать, понимаешь? Да и я, смотря на тебя, начала повторять, хотя всегда была на её стороне. Как бы поздно не было, Рамон. Послушай меня старую, — слегка улыбнулась она, потёршись о его плечо, будто кошка. Опасная, смертоносная, но сейчас — сытая кошка.
— Ой ли, — обнял её Рамон. — С такой старой можно ещё раз Белую кампанию пройти без единой царапины.
— Врун, — мурлыкнула Поляна, шутливо попытавшись вырваться из объятий, но именно, что — попытавшись. Наброшенный морок на миг смазался, явив помолодевшую на добрые тридцать лет женщину. — Какой же ты врун!
Было видно, что Эйкен был не очень рад моему повторному визиту так скоро. Глядя на его лицо, можно было подумать, что он вообще не ожидал меня больше увидеть. А уж когда я с милой улыбочкой выложил на стол новенький доспех, так и вовсе растерялся.
Доспех был моментально сграбастан, придирчиво осмотрен, чуть ли не обнюхан, и тут же спрятан в длинный шкаф.
— Я так понимаю, ты не скажешь, как тебе это удалось? — вперив в меня пронзительный взгляд, Эйкен задумчиво постукивал по столу пальцами.
— А что такого? — я задумчиво изучал аскетичное убранство арсенала. — Я попросил, он мне его продал. Дороговато, правда, но слово — есть слово.
— И сколько, если не секрет?
— Две с половиной тысячи, — я отслеживал реакцию Эйкена, когда говорил сумму. Самому было интересно, насколько она окажется завышенной.
— Сколько!? — ахнул тот и закашлялся. — Серебра? — с надеждой спросил он. Увидев мои глаза, всё понял.
А я, в свою очередь, понял, что хорошо переплатил. Прямо так раз в десять!
Доигрался, голубчик? А если бы не был таким мстительным, глядишь и самому бы что-то перепало. А вот не рой другому яму, умник!
Усилием воли я сдержал рвущуюся наружу ухмылку.
— Мы в расчёте, мастер Эйкен?
— Да, — вытолкнул мастер из непослушных губ. — Мы в расчёте.
Жестом фокусника, достающего из шляпы кролика, я выудил из инвентаря огромную корзину, которую по моей просьбе собрал Ставр. Вино, немаленький копчёный окорок, вяленые колбаски, которые в трактире идут просто нарасхват, пару бутылок отличного вина, полкруга дорогущего сыра…
Выставив это на стол, пододвинул Эйкену.
— А это — скромные извинения за потраченные на меня нервы, мастер Эйкен. Примите от чистого сердца, не побрезгуйте. Эта маленькая корзина отлично поможет скоротать пару холодных вечеров.
