Он подошёл к округлой сверху двери и дёрнул её за стальное кольцо вместо ручки. Как и подобало входу в темницу, она оказалась заперта, хотя на ней не оказалось ни замка, ни скважины для ключа, ни даже простейшей защёлки. Ака несколько раз дёрнул со всей силы, но преграда даже не шелохнулась, словно вросла в стену. Он ещё ни разу не сталкивался с подобными ограждениями и на некоторое время задумался, вспоминая уроки по основам работы с магическими печатями или заклинаниями, которые посещал в Хинцу. И пусть к тому времени на нём самом уже были три подавляющие печати, он находил те занятия интересными и полезными. Отыскать решение в памяти оказалось не так уж и сложно. Ака извлёк Рассекатель из ножен и вставил остриё в зазор между дверью и косяком у самого пола. Не спеша и аккуратно он начал поднимать лезвие вверх, плавно повторяя арочный верх, пока не дошёл до верхней петли. Перескочив её, он продолжил уже спуск. Оставив позади ещё три крепежа, остриё лезвия коснулось пола. В теории, как надеялся Ака, Рассекатель должен был разрушить сковывающее действие неизвестной ему печати или же заклинания. Мысленно он поставил зарубку-напоминание о том, что ему стоило, наконец, подтянуть свои знания в этой области выше полученных в Хинцу для более грамотного противодействия им.
Ака вновь дёрнул кольцо-ручку на себя. Та без проблем распахнулась, и перед ним предстало скрытое полумраком помещение, хотя прямо над дверью в кованом канделябре сияла пара кристаллов, которые подпитывались от природной энергии. Ака быстро смекнул, что молитвенную комнату превратили не только в физическую, но и магическую темницу, нашпиговав блокирующими потоки энергии печатями. Удерживая Рассекатель наготове, он зашёл внутрь самого высокого помещения в городе и оказался в круглой комнате, в центральной части которой расположилась лестничная шахта. Прямо перед ним сидела прикованная к стене множеством цепей бессознательная Урра — растрёпанная и помятая, в местами рваной одежде и капающей с подбородка кровью вперемешку со слюной. И со свежеобразованными культями вместо отрубленных по таз бёдер.
— Ублюдки, — прошипел он.
Через силу, но Ака сумел оторвать взгляд от Урры и пройтись по молитвенной комнате. Сделав круг, он убедился в опечатанности помещения и в отсутствии затаившихся в засаде врагов. Вокруг были лишь молочно-серые стены с нарисованными углём на них печатями и пара застеклённых окон. Он вернулся к искалеченной Урре. Цепи оказались просто нанизаны звеньями на вбитые в стену стальные крюки. Банальный со стороны способ, но для пленницы он был непреодолим. Разве что вырвать их с корнем из стены. Ака быстро сумел побороть в себе страх навредить Урре ещё сильнее и начал действовать. Одна за другой цепи летели в сторону, вызывая у по-прежнему бессознательной Урре сдавленные стоны. Подхватив её на руки и подняв с каменного пола, он осторожно уложил её на свои колени рядом с местом пленения.
— Эй, — он потрепал её по бледным щекам.
За совсем короткое время их разлуки она стала выглядеть в разы хуже, чем в день их первой встречи. Ещё утром округлые и румяные щёки теперь впали и стали бледнее пола и стен, словно она вновь сменила расу, а под истончившейся кожей обнажились острые скулы.
— Папа? — не открывая глаз, подала голос Урра. — Ты пришёл за мной?
Ака услышал в её голосе мольбу и надежду на то, что её слова окажутся правдой. Ему не хотелось разрушать её иллюзию, поэтому он промолчал, доставая из кармашка на ремне небольшую флягу с водой. Свинтив зубами крышку, он придвинул горлышко к её губам и начал медленно вливать в неё содержимое. Урра не сразу отреагировала на влагу на своих губах, а потом жадно присосалась к фляге, вяло открыв глаза. Посмотрев на красную маску на лице Аки, она широко распахнула глаза, дёрнулась и оттолкнулась от его груди, расплескав остатки воды. Всего за секунду ещё мгновение назад слабая Урра оказалась прижата к стене страхом. Таращась на Аку, она что-то шептала и подёргивала культями, пытаясь оттолкнуться от пола отсутствовавшими ногами. Он тем временем не двигался, терпеливо выжидая и не провоцируя её. Не потому, что боялся, как сабиариса. Лишь для того, чтобы она успокоилась.
— А… Ака? — хмурясь, недоверчиво и с подозрением спросила она.
Он кивнул и улыбнулся, пусть последнее осталось для неё незамеченным.
— Зачем ты пришёл? — то ли от шока, то ли ещё от чего, но она словно не видела причин для его присутствия в молитвенной комнате храма.
— Я же обещал отвести тебя в Бхарт. А обещания стоит держать.
Даже в полумраке комнаты Ака видел, как её изумрудные глаза начали наполняться слезами. Не обращая внимание на культи, Урра, сидя на заднице, начала ползти к нему на руках, рывками перетягивая тело вперёд.
— Я думала, ты не придёшь, — прошептав слова ему в маску, Урра уткнулась лицом в грудь Аки.
