Командир английского эскорта предложил морякам «Старого большевика» покинуть судно и перейти на один из кораблей охранения. В соответствии со все той же злополучной инструкцией он намеревался потопить поврежденный теплоход. Капитан «Старого большевика» И. И. Афанасьев отсигналил: «Мы не собираемся хоронить судно».
Конвой ушел, бросив на произвол судьбы горящее судно, людей, ценные грузы. Однако «Старый большевик» был спасен благодаря мужеству и самоотверженности моряков. Через сутки пожары были потушены, повреждения устранены, и судно снова получило возможность двигаться. Теплоход доставил весь груз в целости и сохранности в порт назначения. Примечательно, что английское адмиралтейство объявило благодарность команде «Старого большевика».
Подвиг «Старого большевика» по достоинству оценило Советское правительство: теплоход был награжден орденом Ленина, а три члена экипажа — капитан И. И. Афанасьев, первый помощник капитана М. П. Петровский и рулевой Б. И. Аказенок — получили Золотую Звезду Героя.
Однако вернемся к конвою «PQ-17». Примерно в то время, когда спасательные суда подбирали моряков с двух транспортов, торпедированных «хейнкелями» и добитых кораблями охранения, из Лондона одна за другой на имя Тови и Гамильтона поступали радиограммы от Дадли Паунда: «Секретно. Весьма срочно. Крейсерам на полной скорости отойти на запад…», «Секретно. Срочно. Ввиду угрозы подводных кораблей конвою рассеяться и следовать в русские порты…», «Секретно. Весьма срочно. Конвою рассредоточиться…». Из этих радиограмм Тови и Гамильтон могли сделать только один вывод: адмиралтейство располагает информацией о намерении немецкого линейного флота во главе с «Тирпицем», который где-то рядом, атаковать конвой.
На самом деле крупные немецкие корабли по-прежнему стояли на якорях в Альтен-фиорде. Более того, немецкое командование почти на сто процентов исключало возможность их использования. Любопытно, что именно в те часы, когда от первого морского лорда поступали панические радиограммы, штаб руководства войной на море в Берлигю готов был полностью отказаться от проведения операции «Найгс мув» и намеревался отвести «Тирпиц» и другие тяжелые корабли из Альтен-фиорда в Нарвик и Тронхейм.
Английский историк Давид Ирвинг в книге «Разгром конвоя «FQ-17»[36], изданной в 1968 году в Лондоне-и переведенной на русский язык (под редакцией и с предисловием И. Г. Кузнецова), дает подробное описание того самого злополучного часа, который предшествовал преступному (не боюсь этого слова) распоряжению адмирала флота Паунда.
Автор книги пишет, что примерно в 20 часов 30 минут Паунд спустился в бетонированное укрытие за зданием адмиралтейства, так называемую «цитадель». По узкому коридору вместе с сопровождающими его офицерами он прошел в кабинет майора административной службы Дэннинга. ведавшего разведкой действий немецких кораблей.
Паунд спросил Дэннинга, вышел ли «Тирпиц» из Альтен-фиорда. Тот ответил, что если бы «Тирпиц» вышел оттуда, то ему, Дэннингу, наверняка было бы это известно.
«В таком случае можете ли вы с уверенностью сказать, что «Тирпиц» все еще находится в Альтен-фиорде?» — спросил Паунд. Офицер разведки ответил: его разведывательные источники обязаны доносить ему не о том, что линейный корабль стоит на якоре, а о том, вышел ли он в море, пока же не было никаких признаков того, что линейный корабль готовится к выходу в море в течение ближайших часов.
Затем Паунд снова пересек коридор и вошел в комнату, где находился разведывательный пост центра по слежению за движением подводных лодок противника. Начальник поста капитан 3 ранга Роджер Уинн, как и Дэннинг, был одним из самых проницательных офицеров разведки всех трех видов вооруженных сил. Он досконально знал все нюансы немецкой стратегии и тактики использования подводных сил.
Уинн доложил Паунду, что подводная обстановка очень серьезная. У начальника поста, как он сам признавал позднее (уже в период расследования), действительно было достаточно данных, из которых вытекало, что для крейсерских сил Гамильтона в Баренцевом море сложилась картина поистине угрожающая. Но речь, как я понимаю, шла об угрозе со стороны подводных лодок.
Как видим, после посещения «цитадели)), описанного Д. Ирвингом на основании тех бесед, которые состоялись в 1963 году с вице-адмиралом Норманом Дэннингом и членом верховного суда Уинном, у Паунда не было достаточных оснований для отправки первой радиограммы на отвод крейсеров на запад, да еще с грифом «Весьма срочно». Никакой срочности в отводе крейсерских сил Гамильтона не было, тем более что запас топлива на кораблях сохранялся.
