Погони не слышно, чужая магия не ощущается, значит можно расслабиться, но камни зачехлять не стала. Пусть будут наготове какое-то время. Продолжая лежать навзничь, я устало махнула рукой, выставляя, на всякий случай, защиту от нежданных гостей. Лоб горел, давая понять, что появление на нём шишки, обязательное условие. Тут о себе напомнила спина: рана пульсировала и щипала. Перед глазами пронёсся эпизод получения пореза и его организатор. Странный тип! Полежав ещё чуток, восстанавливая дыхание и успокаивая взбудораженные мысли, я осторожно перевернулась на здоровый бок и села. Мне срочно требовалось вернуть себя в рабочее состояние.
На четвереньках доползла до рюкзака, который, наряду с клинками выпал из моих рук, стоило мне повстречаться со стенкой. Нашарила в нём Кехидаран и воспользовалась его услугами. Ласковая волна магии прокатилась по мне, восстанавливая не только свежую рану и шишку, но и застарелые повреждения, которые мазь залатала, но не успела исцелить полностью. Несколько минут спустя, я сидела новенькая, словно младенец, без единой царапины, без единого шрама на теле. Да, этот чудесный артефакт по истине невероятен! Не зря красавчик пришёл за своими вещами, они действительно стоящие.
Передо мной предстал образ зеленоглазого незнакомца. «Это ж надо так опростоволосится!» — я закрыла руками лицо. «Откуда мне было знать, что в этой богом забытой хибарке живёт не старый, дряхлый дед, а молодой, полный сил маг?! А может это маска, как у Льюила?» — пришло в голову, и я на мгновение задумалась, припоминая детали во внешности соперника. «Нет не похоже. Когда стоишь с тем, кто использует иллюзию, пусть даже частично, это видно. Да, грани маски едва заметны, но благодаря урокам Харлы и волшебной силе камней, мне подвластно различить их и даже снять морок. С ним по-другому, никаких переходов, всё кристально чисто, значит его молодость естественна. Тогда вопрос: почему такой сногсшибательно — красивый парень живёт в глуши, в полном уединении? Может он старовер или болезный какой-то?» — сомнения в психическом здоровье незнакомца, казались правдоподобными. «А может он тоже вор-рецидивист, как те двое охотников за артефактами, не даром у него огромная коллекция всяких редких вещиц? Это не к добру! Вот, где он их сам взял? Тоже небось не чист на руку, а меня обвиняет! Точно!» — других логичных предположений у меня не появлялось. Легче от моих выводов не становилось: «мало мне было короля, теперь и этот хмырь будет мозги делать!»
Потом моими мыслями завладел Валеон: «Зачем он на самом деле пришёл? Как нашёл? Неужели, правда хотел помочь? Как маг собирался осуществить подобное? Он же правая рука короля, где один, там и второй. Вряд ли ему удалось бы меня долго скрывать. Клайн далеко не дурак, он бы заметил странное поведение советника. А может, наоборот, это была уловка, чтобы выловить меня и сдать королю? Опять сплошные вопросы, без ответов. Мне бы, конечно, чрезвычайно хотелось, чтобы Валеон искренне желал мне помощи. Но почему он раньше этого не делал, не интересовался мной, не приходил, когда был нужен?» — сомнения одолевали меня. «Думаю, не стоит ему доверять, по крайней мере до тех пор, пока он не поступит так, чтобы я убедилась в искренности и благородстве его намерений».
В течении оставшегося дня, никто не появлялся возле моей маленькой коморки, даже в двери не стучали. Блок для перехода и магическая защита оставались в норме. Выходило, будто преследования нет, а значит можно вернуться к своему плану и попробовать вызволить девушку из тюрьмы. Раз уж пообещала, надо выполнять!
Дождавшись тёмного времени суток, так и не снимая с комнатки магической защиты, я взяла в руки амулет перехода, чётко задала адрес: Сутарта, центральная тюрьма, камеры для заключённых. Пару мгновений спустя очутилась в тёмном, полусыром помещении, в котором пахло немытыми телами, прелой соломой и крысами. «Какой ужас! Неужели её здесь держат? Ироды!» — негодовала я. Стены были каменные, кое-где склизкие, частично покрытые плесенью из-за чрезмерной влаги. Но в отличие от улицы, здесь сохранялась прохлада.
Я стояла посреди неширокого коридора перед чередой клеток. В полутьме попыталась сосчитать количество камер. Вышло восемь штук. Перегородки между ними выложены из камня, а вот фасадная часть состояла из мощных железных прутьев с кованной дверью.
Прислушалась, осмотрелась: стражников по близости не оказалось, практически все заключённые спали. Я осторожно прошлась вдоль ряда, высматривая того, кто мог бы быть похожим на темноволосую девушку. Как назло, подходящая клетка оказалась в самом конце темницы. Там, на грязной кучке соломы, поджав под себя ноги, сидела вероятная преступница.
— Тиша! — тихонько позвала я, чтобы убедиться в правильности выбора.
Особа вздрогнула и повернула голову в мою сторону. «Она» — решила я.
