— Это эльфийская работа, — гордо произнёс он. — Вижу ты уже знакома с работами гномов, — заинтересовано, глядя на меня, проговорил мой собеседник.
— Да. Жила у них какое-то время, — небрежно двинув плечами, сказала я и снова посмотрела на часы.
— Если хочешь, можешь их потрогать. Возражать не стану, — снова подал голос король.
— Правда? — удивилась я и весело заулыбалась.
Сайнфир улыбнулся мне в ответ и кивнул. Я с наслаждением принялась гладить прохладный металл часов, ощущая пальцами переходы, выпуклости, изгибы предмета, поражаясь гениальности мастера, который так искусно умеет работать со столь сложным материалом. Пока нагло лапала и разглядывала каминные часы, король с интересом наблюдал за мной, присматриваясь к платью. Стоило мне опустить руку, оставив шедевр в покое, король снова заговорил:
— Кажется, я посылал тебе немного другой наряд.
«Так я и знала! Вот, кто виновник вернувшегося ко мне комплекса неполноценности! Этот рыжий хмырь!». Я медленно повернулась к Сайнфиру лицом, тот выглядел слегка смущённым. «Но стоит отметить, хмырь чрезвычайно привлекательный» — подумала я, но вслух произнесла:
— Благодарю за платье, Ваше величество! Оно было мне несколько тесноватым (это мягко сказано), в некоторых местах (точнее во всех). Так что мне пришлось немного его усовершенствовать и подогнать под себя.
— Хм, должен признать, получилось весьма оригинально, — сказал эльф и так на меня посмотрел, что, если бы ни сведения Ле-Роя, я бы подумала, что он меня кадрит.
— Спасибо, Ваше величество! — я сделала легкий реверанс.
— Сайнфир. Зови меня по имени.
— Без проблем, Сайнфир!
Мы приветливо улыбнулись друг другу и, в этот момент, в зал влетели те, кого мы так ждали. Отец Ле-Роя оказался высоким, серьёзным эльфом средних лет с длинными, заплетёнными в толстую косу тёмно-каштановыми, как у девочки, волосами. Зато старший брат был вылитой матерью: огненный цвет волос, тот же нос и глаза, пожалуй, только подбородок от отца, такой же мужественный. «Надо же, насколько у Милоры сильные гены!» Но, в отличие от всего остального семейства, старший брат Ле-Роя носил градуированную стрижку. Естественно, прибывшие были одеты шикарно, а вели себя аналогично Милоре: гордо и надменно, особенно при взгляде на меня.
Как только меня усадили за стол, я получила тройную порцию презрения со стороны Милоры, её мужа и старшего сына, поскольку они сидели напротив. Моё место располагалось между Дэ-Линой и Тишей, Ле-Рой — чуть дальше, слева от девушки. Король разместился в президиуме стола, и видел каждого из нас. Поймав очередные, возмущённые моим присутствием за их королевским столом, взгляды, я мысленно подсчитала результаты: «три на три — ничья». В тройке союзников числились Ле-Рой, Дэ-Лина и Сайнфир, ну, с противниками ясно. Воевать с эльфами — себе дороже, поэтому решила полностью игнорировать спесивых личностей, а если посмеют откровенно наезжать и ущемлять моё человеческое достоинство, надаю по каштановым и рыжим башкам золотыми приборами без зазрения совести.
Пока расставлялась дополнительная посуда и вносились первые закуски, я оглядела собравшихся. Девочка, справа от меня, казалась самой счастливой из всех, она весело улыбалась и спокойно ждала ужина. Юная эльфийка определённо мне нравилась, люблю живых, умных детей. Тиша выглядела весьма растерянной. Я взглядом поинтересовалась у неё «что случилось?» и подруга, так же молча, указала на кучу столовых приборов. Она простая полукровка, всю жизнь проведшая с матерью в обычном доме, откуда ей было знать, как пользоваться всеми этими штуками. Ободряюще улыбнувшись и прикрыв губы ладошкой от соседей напротив, тихонько произнесла: «Не волнуйся, смотри на меня или Ле-Роя». Девушка заметно удивилась, но всё же немного успокоилась. Какие эмоции испытывал Ле-Рой я не видела, но раз он дома, в кругу семьи, да ещё рядом с любимой девушкой, то, скорее всего, чувствовал себя превосходно.
Не знаю зачем, но я посмотрела на короля. Он, свободно откинувшись в своём широком стуле, похожем на кресло, загадочно улыбался, прожигая меня глазами. Мне стало не хорошо. Таких взглядов со стороны правящей особы при его пристрастиях, я никак не ожидала лицезреть.
В голову стали закрадываться разного рода предположения: «может я испачкалась?» Осторожно глянув на своё отражение в золотой ложке, выяснила, что нет. «Может перепутала какие-то детали или потеряла что-то пока шла?» — делая вид, что расправляю кружева, аккуратно осмотрела себя, ощупала украшения, платье — всё в норме. Сайнфир продолжал улыбаться. Вопрос: «Почему?». Но ломать голову над ответом стало некогда: слуги принялись вносить основные блюда, и моё внимание переключилось на них. «Сейчас меня покормят, сейчас я буду кушать!» — крутилась у меня в голове мультяшная фраза. Я с трудом удерживала себя на стуле, чтобы не прыгать от счастья.
