— У них тут на берегу реки дедушкин дом был. Мы с мамой вытирали за ними пыльку и выносили мусор, — ответила я, злясь не догадливость Данила. — Работка ничего себе. Дед добрый был старикан, без понтов… Кирилл в него был… Ну мама так считала, теперь вижу, она ошибалась…
Вскружить мне голову могли люди, их поступки, слова, может даже внешность, но не деньги. Когда у меня появлялись деньги, я тратила их на племянников без жалости. В дни скудности я умела зажимать себя в такие узкие рамки, что забывала поесть. Маме и детям еда была нужнее, считала я. От меня на этом свете мало толку, я не подарила свету ни ребенка, ни доброй мысли. Мои должники знали, что мне было стыдно требовать назад долги, поэтому занимать ко мне ходили соседи, знакомые, редкие подруги. Над дурочкой Жанной смеялись даже пьяницы, мол, она дает и не только деньги…
Пусть Даниил не думает, что Кирилл оглушил меня своими счетами в банках, раутами и манерами, заученными в элитном университете. Ко всему этому у меня был иммунитет. У Кирилла имелись качества, которые без денежной массы и крутого происхождения, могли легко сразить меня наповал.
Сидя на столиком, в нескольких метрах от Кирилла, я думала о том, как мне теперь себя вести; с ним, с Даниилом, явно считающим, что у меня с Кириллом было что-то серьезное. Признать, что было и рассказать подробности или представиться в роли недоступной уборщицы? И то и другое в моей истории будет правдой.
- Если хочешь, уйдем! — предложил Даниил.
На Кирилла ему смотреть было неудобно, на меня он смотрел с беспокойством. Парень готов был встать и уйти, проиграть Кириллу в учиненной им битве мажоров. Его едва ли не приподнимали с места досада и ревность. У его стареющей Золушки есть опыт общения с принцем из более богатого королевства. Должно быть, неприятно это осознавать…
Я же не собиралась пасовать перед Кириллом, наоборот, мне хотелось показать свое благополучие; у меня красивый молодой любовник, мы сидим с ним в, пожалуй, лучшем ресторане города, я достаточно хорошо сохранилась со времен нашего знакомства. Мне давно не 18 лет, но и он не юнец с нежным румянцем.
— Нет, не хочу! — ответила я Даниилу с улыбкой, — я пришла поесть. Не вижу причины, чтобы оставить наш ужин поварам, они скормят его собакам и кошкам! Не дождутся их жирные питомцы нашего ужина. Жаль нельзя забрать еду с собой и угостить племянников! Дети питаются не очень… Мы с мамой тянем их, как можем. Алена уже совсем девушка, недавно заявила, что после школы навсегда уйдет от нас, настолько мы ей опостылели… — Я горько усмехнулась и сменила тему. — Знаешь, я люблю поесть, но не полнею. Не бойся…
С аппетитом и куражом я съела гуляш из вкуснейшей ягнятины с овощным гарниром, приправленным пряными травами, и запила все это золотистым шампанским.
Все то время, пока я наслаждалась едой и обществом Даниила, Кирилл делал вид, что припоминает меня. Взгляд его иногда останавливался на мне и заметно задерживался. Глаза у него остались такими же внимательными, не потеряли льдистого блеска. Кого он во мне видел, — голодную бабенку, не оставившую в тарелке ни кусочка, или не менее невоспитанную знакомую из юности, — я могла лишь гадать.
Сидящая напротив него азиатка сверкала молодостью и улыбкой, однако не играла важную роль этим вечером, поэтому скучающе смотрела в окно, и изредка, в определенные моменты с обожанием смотрела на своего спутника.
— Ну все, я закончила…! Мы можем идти, — сказала я Даниилу, вставая. Он только что терпеливо закончил мне объяснять принципы брокерского ремесла. Немного пришел в себя после удара по мужскому самолюбию. Я внимала ему, напрягая все силы, и рада была подняться на ноги и выйти из зала. — Спасибо тебе за прекрасный вечер, малыш… Ух ты, жарко!
Мы вышли из зала под строгие взгляды охранников Кирилла, наверное, мои разгоряченное лицо и энергичные локти не внушали им доверия. В длинном холле, застеленном коврами и украшенном картинами в стиле кубизма, я подошла к огромному зеркалу. Отразилась в нем совсем не так, как мне хотелось и думалось. На меня смотрела не румяная сытая женщина, а бледная, растерянная дамочка.
— Я хотел подняться с тобой на смотровую площадку. Оттуда открывается сумасшедший вид на город…
Даниил выглядел лучше меня, но говорил и вел себя со мной так, словно я внезапно стала заразной, и нужно было держаться от меня подальше.
— Так пошли! Мне хочется посмотреть, представить, что я птица или властительница города! — Я уверенно положила ему руку на плечо и встала в позу, выставила вперед одну ногу и притянула плечо к щеке. Зеркало показало красивую пару. Пусть я чуток перезрела, а Даниил выглядел парнем, проигравшим в покер. — Проветримся заодно. Я, кажется, переела…
