Трудно удержать полностью

– А? – Я расстегиваю шорты Раша и стягиваю их, освобождая его твердое достоинство.

– Что ты делаешь? – с игривой улыбкой он обхватывает основание своего члена.

– Делаю тебе минет в надежде, что это заставит тебя замолчать.

– В таком случае я начну болтать.

Но когда я обхватываю его член губами, он теряет дар речи, и комнату наполняет лишь сдавленный крик.

– Да, Нокс! – Раш наматывает на кулак мои волосы, собранные в хвост, когда я беру его член так глубоко, как только могу, и, постепенно выпуская, сосу так сильно, как только возможно.

Я стону, потому что чувствую его вкус на своем языке и, облизав щелку на головке, начинаю сначала.

Медленно я довожу Раша до крайности: он опирается о стену, держа за затылок, направляет меня, а его дыхание становится поверхностным.

Одной рукой скользя по его длине, другую я опускаю в ведерко со льдом и подношу один кубик к губам.

Мы встречаемся взглядами. Шипение наполняет комнату, когда вместе с кубиком льда я беру в рот и член Раша.

Огонь и лед.

Удовольствие и боль.

Раш открывает рот, чтобы что-то сказать, но под натиском ощущений так и не произносит ни слова. Он запрокидывает голову, руки, которыми он держит меня, напрягаются.

С моего места, между его бедрами, Раш выглядит великолепно. Само воплощение секса, желания, искушения и… любви.

И как раз в тот момент, когда я осознаю это и на глаза наворачиваются слезы – когда понимаю, насколько опустошенной буду после его отъезда, – Раш умоляет меня ускориться, сосать его сильнее. Все его тело натягивается как струна, и он изливается мне в рот.

Я наблюдаю, как вздымается его грудь, как мышцы, одна за другой, расслабляются. Когда Раш опускает взгляд, он видит, что я с улыбкой на припухших губах все еще держу его член в руке.

– И что ты теперь думаешь о льде? – застенчиво спрашиваю я.

Раш хохочет так, что его член подпрыгивает, после чего он помогает мне подняться на ноги и крепко целует.

– Что ж, мисс Кинкейд, кажется, мое мнение на этот счет изменилось.

– И это все? Ты подписала контракт, получила деньги, но не выполнила своих обещаний?

Когда я поднимаю глаза, то ожидаю увидеть на лице Кэннона улыбку, но, к моему удивлению, он говорит серьезно.

– Что? – со смехом бросаю я. – Я откровенно признала, что понимаю, почему вы хотите заполучить Раша, но шансы на это невелики. Вы же сказали попытаться в любом случае. Что я и сделала, Кэннон. Я правда пыталась, но сердцем он не здесь – и я не могу его за это винить. – Мне жаль, но зато мы продвинулись в защите игроков. Составленные нами планы принесут большую прибыль…

– Выходит, ты не так хороша, как они говорили, – в его голосе слышится злость, которой я совсем не ожидаю.

– Простите, я не понимаю.

– Я нанял тебя лишь из-за слухов. Финн уверял меня, что ты спишь с клиентами, играешь нечестно, лишь бы заполучить их. Я полагался именно на те качества, за которые он тебя ненавидит. И, судя по всему, ты не так уж и хороша, потому что, даже переспав с тобой, Раш не захотел оставаться.

Я стою с открытым ртом, гнев охватывает каждую клеточку моего тела.

– Для чего вы меня наняли? – Мой голос не громче шепота.

– Чтобы ты переспала с ним. Воспользовалась той магией, которой обладаешь, чтобы удержать его здесь. Влюбила его в себя так, чтобы он заглотил наживку. Черт возьми, да ты могла бросить его в ту же минуту, как он подписал контракт… Но разве это не меньшее, что ты могла бы сделать?

О. Мой. Бог.

Воспользовалась той магией, которой обладаешь, чтобы удержать его здесь. Влюбила его в себя так, чтобы он заглотил наживку.

Что за черт?

Остались ли в спортивном менеджменте мужчины, чьи мерзкие душонки не заслуживают порицания? Кэннон рассчитывал, что слова Финна окажутся правдой. Сидел точно тигр в засаде. Гаденыш.

Мой отец был прав. Мои сестры были правы. Кэннон – презренный ублюдок.

– Ты – сукин сын.

– Не вини мужчину за то, что он решил попытать удачу, – с улыбкой пожимает плечами Кэннон.

– Не вини женщину за то, что она умеет распознать придурка, когда встречается с ним лицом к лицу.

Я собираю вещи быстро, но так спокойно, как только могу – не хочу показывать, что Кэннон задел меня за живое, – и выхожу из его офиса, не оглядываясь.

Только оказавшись на парковке, в машине с поднятыми стеклами, я позволяю себе закричать во все горло, чтобы дать выход злости. Кэннон пытался меня использовать. Уважал ли он меня хоть немного или с самого начала вешал лапшу на уши?

Господи, как же я рада, что Раш возвращается в Англию и больше не будет иметь дело с ВЛПС. Я предупрежу его, чтобы не смел связываться с этой лигой, пока у руля стоит Кэннон Гарнер. Ублюдок. Он считал меня шлюхой, которую можно… И тут я кое-что понимаю…

Пусть и неосознанно, но я доказала, что все они ошибались.

Я переспала с Рашем, но не получила от этого никакой профессиональной выгоды. Я начинаю хохотать.